Фамилия Букашкин — один из примеров того, как в русской фамилии уживаются сразу несколько версий происхождения, и каждая по-своему объясняет, кем мог быть ваш предок. Самая прямая и очевидная линия ведет к мирскому имени Букашка. В дохристианской и раннехристианской Руси детей нередко называли именами, образованными от названий животных, растений или насекомых. Имя Букашка, то есть «жучок», «мелкое насекомое», могли дать самому младшему ребенку в семье — как ласковое прозвище, подчеркивающее его беззащитность и маленький рост. Со временем это имя закрепилось за человеком, а его дети и внуки стали Букашкиными.

С другой стороны, фамилия могла возникнуть и из прозвища. Если взрослого человека называли Букашкой, это, скорее всего, указывало на его внешность: невысокий рост, хрупкое телосложение, возможно, сутулость или особую подвижность. Прозвища такого типа были распространены в крестьянской и ремесленной среде, где меткое слово быстро прирастало к человеку. Модель образования фамилии здесь стандартная: к основе Букаш- добавляется суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Букашкин, то есть сын или потомок Букашки).

Существует и менее очевидная, но заслуживающая внимания версия, связывающая фамилию с тюркскими корнями. В татарском языке есть имя Букаш, которое переводится как «богатырь» или «силач». Русское ухо могло адаптировать это имя в уменьшительно-ласкательную форму Букашка, а затем фамилия пошла уже по славянской модели. Эта версия объясняет, почему иногда Букашкины встречаются в регионах, где исторически было сильное татарское влияние, например, в Поволжье. Однако стоит отметить, что версия с мирским именем или прозвищем выглядит более вероятной для большинства случаев: она опирается на живую народную традицию называть детей по принципу «от противного» (большого — Малышом, сильного — Букашкой).

Фамилия Букашкин — нередкая, но и не массовая. Она встречается в центральных областях России, а также в Сибири, куда ее могли занести переселенцы в XVII–XIX веках. Суффикс -ин указывает на то, что фамилия сформировалась в среде, где преобладала модель отчества на «чей», что характерно для северных и центральных русских земель. Точное время возникновения фамилии установить сложно, но, судя по типу образования, она могла появиться не позднее XVI–XVII веков.