Фамилия Буравец — один из тех случаев, когда прозвище, данное человеку по инструменту, закрепилось за его потомками. Основа здесь почти прозрачна: «бурав» — сверло, инструмент для сверления отверстий. Суффикс «-ец» указывает на то, что перед нами не просто обладатель бурава, а, скорее всего, мастер, который им работает: буравец — тот, кто делает буравы или работает буравом. Такая словообразовательная модель (основа + -ец) типична для прозвищ по профессии или характерному занятию: кузнец, стрелец, торговец.

Однако есть и вторая, менее очевидная, но вполне реальная версия. В некоторых южнорусских и украинских говорах «буравец» могли называть не человека, а растение. Например, так иногда именуют борщевик или дудник — высокие травы с полым стеблем, который напоминает трубу. В этом случае прозвище могло достаться высокому, долговязому человеку или тому, кто жил в зарослях такого растения. Эта версия менее распространена, но лингвистически она состоятельна: суффикс -ец легко образует названия растений (вьюнец, костянец, купавец).

Географически фамилия Буравец тяготеет к западу и югу России, а также к Украине и Белоруссии. Встречается она нечасто, что говорит о локальном происхождении — вероятно, от прозвища в одной конкретной местности. Фамилий на «-ец» вообще меньше, чем на «-ов» или «-ин», и они чаще указывают на прямое прозвище, а не на отчество. То есть Буравец — это не «сын Бурава», а сам Буравец, человек с таким прозвищем.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Буравлёв, Буравкин, Буравов образованы по другой модели (через суффикс притяжательности), и там прозвище могло быть дано отцу. Буравец же стоит ближе к исходному слову, без посредников. Это делает фамилию более «прозрачной» для этимолога, но не упрощает её историю: кто был тот первый Буравец — умелый мастер по дереву или просто высокий парень, похожий на стебель дудника, — мы уже не узнаем. Но оба варианта имеют право на существование.