Фамилия Бужинецкий — редкий случай, где географическая привязка почти наверняка перевешивает прозвищное происхождение. В её основе лежит топоним: название населённого пункта вроде Бужин, Бужинец или Бужино. Такие сёла и хутора встречаются на западе бывшей Речи Посполитой — на территории современной Украины и Беларуси. Самое известное — село Бужин на Черкащине, упоминаемое в летописях ещё в XVII веке в связи с событиями Хмельниччины. Житель такого места получал прозвание «бужинец» или «бужинчанин», а его потомок, переселившийся в другую местность, становился Бужинецким — по модели фамилий на -ский, указывающих на выходца откуда-то.

Суффикс -цкий (вместо более частого -ский) не ошибка, а диалектная черта. В польской и западнорусской ономастике форма на -ецкий встречается регулярно: Пшедецкий, Гродецкий, Бужинецкий. Она могла закрепиться через польское написание Bużyniecki или через местный говор, где -ск- смягчалось до -цк-. Это сразу отсекает фамилию от восточнославянских «вотчинных» Бужинских, которые чаще встречаются в центральной России.

Корень «бужин» стоит разобрать отдельно. Самая прямая версия — от слова «буг» (возвышенность) в диалектном звучании: «бужина» как холмистая или бугристая местность. В украинских говорах «бужина» также означает бузину, но для топонима это менее вероятно — сёла редко называли в честь кустарника, а вот «Бужин» как «село на бугре» — типовая модель. Есть и третья, более спорная гипотеза: от личного имени Бужа (сокращение от Бужислав или Будислав), но она не подкреплена географией — фамилия слишком плотно привязана к конкретному региону.

Сословно Бужинецкие, скорее всего, не принадлежали к крупной шляхте. Фамилии на -ский в Польше и Литве носили не только дворяне, но и крестьяне, получившие прозвище по месту выхода. В метриках XIX века Бужинецкие фиксируются в Подольской и Волынской губерниях — в основном как крестьяне и мещане. Дворянская ветвь, если и существовала, осталась локальной и не попала в «Общий гербовник».

В написании возможны колебания: Бужинецкий и Бужиницкий (через «и» во втором слоге). Второй вариант — результат аканья или польского влияния, где «е» в безударной позиции читается как «и». Обе формы документально засвидетельствованы, но первая — основная и этимологически верная.