Фамилия Чериджина — редкая, с южным, скорее всего греческим или тюркским следом, и её разбор требует осторожности, потому что на слух она не вписывается в типичные славянские модели. Первое, что бросается в глаза, — суффикс -ин, который в русских фамилиях обычно указывает на принадлежность: «чей?» — Чериджин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Чериджа. Но сама основа Черидж- в русском языке не встречается. Это ключ к версии о заимствовании.

Скорее всего, фамилия образована от личного имени или прозвища Чериджи (или Черидж), которое могло попасть в русскую среду через греческое посредничество. В греческом языке есть слово τσέριτζα (tséritza) — так в некоторых регионах называли разновидность вишни или мелкого плода. Если это так, то прозвище Чериджа мог получить садовод, торговец фруктами или просто человек с круглым румяным лицом — по аналогии с «Вишнёвым». Другая, менее вероятная, но возможная версия — связь с тюркским корнем çeri (войско, солдат), откуда могло возникнуть прозвище «воин» или «служивый», но такое слово обычно давало фамилии вроде Чериков, а не Чериджин.

Географически фамилия Чериджина тяготеет к югу России и Причерноморью, где исторически жили греческие общины (Мариуполь, Крым, Таганрог). Встречается она и среди старообрядческих семей, переселявшихся с юга, но это уже единичные случаи. Важная деталь: ударение в фамилии, скорее всего, падает на второй слог — Чери́джина. Если же ударение на первый (Че́риджина), это может указывать на более позднюю русификацию, когда греческое имя переделали под привычный русский ритм.

Сравнение с однокоренными фамилиями ничего не даёт: Чериджин, Черидж, Чериджев — все они настолько редки, что не образуют гнезда. Это говорит о том, что фамилия не массовая, а локальная, возможно, принадлежавшая одной семье или небольшой группе переселенцев. Социальный статус предков определить трудно: среди греческих переселенцев были и купцы, и ремесленники, и крестьяне. Но то, что фамилия сохранилась в неизменном виде, а не превратилась в «Чередину» или «Чережникову», намекает на относительную замкнутость рода, который долго держался за своё исходное прозвище.