Фамилия Чуин — редкий пример, где модель образования спорит с привычным звучанием. На первый взгляд перед нами типичный «-ин»: суффикс притяжательности, означающий «чей?» — то есть «сын Чуи» или «человек Чуи». Но кто или что такое Чуя? Здесь начинается главная загадка.

Самая вероятная версия отсылает к тюркскому корню «чуй» — так в ряде тюркских языков называли речную гальку, мелкий камень, а в переносном смысле — «крепкий, как камень». Прозвище Чуй могли дать человеку с твёрдым характером или, наоборот, тому, кто жил у каменистого берега. В пользу этой гипотезы говорит география: фамилия встречается в Поволжье и на Урале, в зоне давних контактов с тюркскими народами. Тогда Чуин — «сын того, кого звали Чуй».

Есть и другая версия, менее очевидная, но лингвистически допустимая. В русских говорах слово «чуй» или «чуйка» означало длиннополый кафтан, армяк. Так могли прозвать портного, который шил такую одежду, или просто человека, носившего чуйку. Однако эта связь слабее: прозвище по одежде обычно звучало бы как Чуйкин или Чуйков, а не Чуин. Суффикс «-ин» в этом случае нелогичен — он крепится к личному имени или прозвищу-характеристике, а не к предмету одежды.

Третья версия — от имени Чуя, которое могло быть уменьшительной формой от крестильного имени, например, от Чудеслав или Чурила (народная форма Кирилла). Но это чисто гипотетически: никаких документальных подтверждений такого имени в святцах нет.

Интересно, что фамилия Чуин почти не встречается в центральных областях России, зато плотнее представлена в Пермском крае и Кировской области. Это наводит на мысль, что её носители — потомки не крестьян-землепашцев, а скорее людей, связанных с ремеслом или торговлей на волжских путях. Прозвище Чуй в таком случае могло закрепиться за человеком, который торговал камнем или работал на речных переправах.