Фамилия Дезертинский — редкий случай в русской ономастике, когда основой для фамилии послужило не имя, не ремесло и не географическое название, а латинское слово с ярко выраженным негативным оттенком. Корень здесь — латинское desertio, что означает «оставление, неисполнение», «пренебрежение, нерадение», «недостаток, нехватка» и, самое известное, «побег, дезертирство». Как это слово попало в русские фамилии? Ответ, скорее всего, лежит в семинарской среде.

В духовных училищах и семинариях XVIII–XIX веков существовала традиция давать учащимся «говорящие» фамилии — на латинской или греческой основе. Если мальчик отличался непоседливостью, ленью или склонностью прогуливать уроки, преподаватели могли в шутку или с назидательной целью наречь его Дезертинским. Фамилия буквально означала «нерадивый, беглый» — как характеристика поведения, а не воинского преступления. Подобным образом из латинских корней появлялись фамилии Сперанский (от spero — «надеюсь»), Адвокатов или Бенедиктов.

Обратите внимание на суффикс. Модель на -ский типична для фамилий польского и западнорусского происхождения, а также для искусственных семинарских фамилий. В отличие от крестьянских фамилий на -ов/-ев, которые чаще образовывались от прозвищ или отчеств, -ский указывает на более книжное, «учёное» происхождение. Носители фамилии Дезертинский — почти наверняка потомки выходцев из духовного сословия, где такие фамилии были нормой.

Встречается фамилия крайне редко. Основной ареал — западные и центральные губернии Российской империи, где было много семинарий. Встречаются варианты написания: Дезертирский, реже Дезертов. Но именно форма Дезертинский — наиболее точная, с латинским суффиксом -in-, который в русской передаче закрепился через семинарскую традицию. Точное время появления фамилии установить сложно: процесс перехода прозвища в наследственную фамилию растянулся на десятилетия, а семинарские списки не всегда сохранялись. Но ясно одно: предки современного носителя фамилии Дезертинский были людьми грамотными, связанными с церковной средой, и получили свою фамилию не за подвиги, а за живой характер.