Фамилия Дристаглистов — один из самых выразительных примеров русской «неприличной» ономастики, которая на деле оказывается не бранной, а профессионально-бытовой. Её основа — глагол «дристать» (испражняться жидким) и существительное «глист» (паразитический червь). На первый взгляд, перед нами прозвище крайне неопрятного человека. Но лингвисты и историки быта предлагают другое, более логичное объяснение.

Словообразовательная модель здесь проста: корень «дрист-» соединяется с корнем «глист-» через интерфикс -а-, а затем добавляется суффикс -ов, указывающий на принадлежность (чей? — Дристаглистов). Фамилия образована от прозвища Дристаглист. Такие сложные прозвища-предложения («держиморда», «убихвост») были типичны для русских крестьян и посадских людей в XV–XVII веках. Они не обязательно несли прямую характеристику человека — часто это были «обереги» или насмешливые имена, дававшиеся для того, чтобы отвести сглаз.

Самая правдоподобная версия связывает фамилию не с физиологией, а с народной медициной и коновальством. «Глистогонным» в деревнях называли человека, который лечил скот и людей от глистов. «Дристать» в этом контексте — не оскорбление, а прямое указание на действие: после приёма лекарства (например, пижмы или полыни) паразиты выходили с поносом. Прозвище Дристаглист мог получить знахарь, ветеринар или просто человек, у которого эта процедура ассоциировалась с определённым навыком. Версия, что так дразнили неряху, слабее: прозвища с корнем «дрист-» в старых писцовых книгах (например, Дристунов, Дрищев) фиксируются именно за ремесленниками, а не за грязнулями.

Фамилия крайне редкая и географически привязана к северным и центральным губерниям России (Вологодская, Архангельская, Костромская), где сохранялась архаичная лексика. В современном русском языке она воспринимается как грубая, но для её носителей в XVI–XVII веках это было обычное «профессиональное» именование, вроде Кузнецова или Мельникова. Других версий, кроме медицинской и уничижительной, у фамилии нет — попытки связать её с иноязычными корнями лишены оснований, так как оба слова исконно славянские.