Фамилия Дуболазов — яркий пример прозвища, перешедшего в фамилию, причём прозвища, которое почти наверняка давали не за «профессию», а за характер или манеру поведения. Основа здесь — глагол «дуболазить» или существительное «дуболаз». В прямом смысле «дуболаз» — это человек, который лазает по дубам, например, сборщик желудей или охотник, выслеживающий зверя с дерева. Но куда чаще в русских говорах слово имело переносное значение: так называли неуклюжего, нерасторопного, тяжеловесного человека, который «лезет, как медведь на дуб». То есть прозвище было насмешливым, но не обязательно злым — скорее бытовым, описывающим внешность или повадку.

Суффикс -ов указывает на стандартную русскую модель образования фамилий от прозвищ, оканчивающихся на твёрдый согласный. Дуболазов — буквально «сын Дуболаза» или «из рода Дуболаза». В отличие от фамилий на -ский, которые часто указывали на географическое происхождение, эта фамилия — чисто патронимическая (по отцу) и восходит к личному прозвищу. Интересно, что в некоторых диалектах «дуболазом» могли называть и человека, который делает дупла в деревьях для ульев (бортника), но эта версия менее вероятна: для бортника существовали отдельные слова (бортник, дупляк), а «дуболаз» слишком прозрачно указывает на сам процесс лазания.

Фамилия редкая, нераспространённая. Встречается в основном в центральных и южных регионах России, где дубовые леса — привычная часть ландшафта. В дореволюционных переписях носители фамилии фиксировались в основном среди крестьян и мещан: дворянских родов с такой фамилией не известно. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» Дуболазов не упоминается, что косвенно подтверждает её локальный, диалектный характер. Похожая по модели фамилия Дуболазин (с суффиксом -ин) могла бы образоваться от прозвища Дуболаза, но в реальности встречается реже.

С точки зрения словообразования фамилия стоит в ряду с такими же «глагольными» прозвищами, как Вертипорох, Держиморда, Сорвиголова. Но в отличие от них, где основа — повелительное наклонение, Дуболазов — от существительного, образованного от глагольной основы. Это делает её более архаичной и близкой к древнерусским некалендарным именам, которые давали по внешним признакам. Носитель фамилии может считать, что его предок был либо заметным, крупным человеком, либо, наоборот, человеком, получившим прозвище за какую-то неловкую ситуацию, связанную с лазанием по деревьям.