Фамилия Дурибаба — один из тех редких случаев, когда основа прозвища читается почти буквально, но не торопитесь с выводами. Первое, что приходит в голову: «дурак» и «баба». Однако в живой народной речи XVIII–XIX веков «дурибаба» или «дура-баба» могло быть не ругательством, а описательным прозвищем для женщины — взбалмошной, своенравной, не в меру бойкой или, наоборот, простоватой. Но фамилия стоит в мужской форме (на -а, но склоняется по мужскому роду: «он Дурибаба»), поэтому прозвище, скорее всего, дали мужчине.

Есть и другая версия, более прозаичная. В некоторых говорах «дурить» означало не «глупить», а «шалить, проказничать, озорничать». «Баба» в таком контексте могло относиться к мужчине — в ироничном, уничижительном смысле (сравните: «баба» как обидное для мужчины). Получается, что Дурибаба — это «шутливый, несерьёзный мужик», «балагур» или «человек, которого не воспринимают всерьёз». Такие прозвища часто закреплялись за людьми с весёлым нравом или, наоборот, за теми, кто постоянно попадал в нелепые ситуации.

Словообразовательная модель здесь редкая: сложение двух основ (дур- + баб-) с соединительной гласной -и-. Это типично скорее для украинских и белорусских фамилий, где такие «говорящие» составные прозвища встречаются чаще, чем в великорусских землях. В России фамилия Дурибаба тяготеет к юго-западным регионам — бывшим Черниговской, Полтавской, Курской губерниям. Встречается она и у казаков, где прозвища были особенно образными и не боялись грубоватого юмора.

Фамилия не получила широкого распространения и осталась редкой. Её носители, скорее всего, происходят из крестьянской или казачьей среды — дворянских родов с такой неблагозвучной основой не зафиксировано. В советское время фамилия могла доставлять неудобства, и некоторые её носители меняли на более «приличную» (Дурилов, Дурнов), но часть сохранила, и сейчас она воспринимается как экзотичная и запоминающаяся.