Фамилия Дутышевы образована от прозвища Дутыш, а оно, в свою очередь, — от глагола «дуть». Но значение у этого глагола в старых говорах было шире, чем сейчас. Дутышем называли не того, кто дует, а человека, который «дуется» — то есть усердно работает, силится, надрывается. В этом смысле прозвище могло указывать на трудягу, работящего человека, который не жалеет себя.

Однако в других диалектах у слова «дутыш» был иной оттенок. Так говорили о спесивом, надменном человеке — «надутом», важном. Либо о полном, пухлом, словно раздутом. Получается, что одно и то же прозвище в разных местностях могло характеризовать человека с совершенно противоположных сторон: либо по трудолюбию, либо по внешности или характеру.

Фамилия образована по стандартной русской модели: к основе Дутыш- добавился суффикс -ев (после шипящего, в отличие от -ов). Это патронимическая модель, то есть буквально «Дутышев» — сын Дутыша. Такие фамилии закрепились в XV–XVII веках, когда прозвище перестало быть личным и перешло к потомкам.

Можно предположить, что первые носители фамилии жили в северных или центральных русских говорах: именно там слово «дутыш» в значении «работящий» фиксируется диалектными словарями. В южных говорах, где «дутыш» чаще означало «толстяк», фамилия тоже могла возникнуть, но с другим смысловым оттенком.

Фамилия редкая, не дворянская — скорее всего, крестьянская или посадская. В старых переписных книгах она не встречается массово, что говорит о локальном происхождении: вероятно, родоначальник был известен под этим прозвищем в своей округе, и оно закрепилось за его семьёй без разночтений.

Сравните с однокоренными фамилиями: Дутин, Дутиков, Дутыгин. Дутышев стоит особняком благодаря суффиксу -ыш-, который в русских прозвищах часто придаёт оттенок характерного признака (ср. Малыш, Глупыш, Крепыш). То есть прозвище подчёркивало не случайное действие, а устойчивое свойство человека.