Фамилия Дыриндо — редкий пример, когда прозвище застыло в форме, не типичной для русской ономастики. В её основе лежит прозвище Дыринда, а конечное -о — скорее всего, результат украинского или белорусского влияния: в этих языках фамилии на -о (как Довженко, Шевченко) встречаются часто, и Дыриндо могло возникнуть по той же модели. Впрочем, не исключено, что окончание закрепилось через косвенные падежи: в бытовой речи «Дыринда» при склонении могло дать форму «Дыриндо» (кого? — Дыриндо), которая со временем стала восприниматься как исходная.

Прозвище Дыринда образовано от диалектного слова «дыро» — «разиня». В русских говорах это слово фиксируется с оттенком пренебрежения: так называли невнимательного, зевающего по сторонам человека, который всё пропускает мимо ушей. Прозвище носило иронический характер: им не столько описывали, сколько высмеивали привычку быть рассеянным или медлительным. Со временем эта характеристика приклеилась к человеку настолько прочно, что стала его единственным именем, вытеснив крестильное.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ынд(а) — редкий, но выразительный. Он встречается в русских прозвищах и фамилиях (сравните Торопыга, Рёва), придавая основе оттенок просторечия и сниженной оценки. Дыринда — не столько описание, сколько ярлык, который давали в деревне тому, кто вечно «дырит» — то есть зевает, глазеет по сторонам, не следит за делом.

Географически фамилия Дыриндо тяготеет к юго-западным регионам бывшей Российской империи — Украине, Белоруссии, а также к пограничным русским областям, где диалектное «дыро» было в ходу. Встречается она крайне редко; в современных справочниках нет данных о массовом распространении или известных носителях. Это фамилия, которая сохранилась в единичных семьях, не попавших в волны миграций XIX–XX веков.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Дыриндо стоит особняком. Дырин, Дырины — более частый вариант, образованный стандартным суффиксом -ин. Дыриндо же — реликтовая форма, где сохранилось не только прозвище целиком, но и нетипичное окончание, которое ставит фамилию в один ряд с украинскими фамилиями на -о. Социальный контекст, скорее всего, крестьянский: прозвища такого рода давали в среде, где ценились сноровка и внимание, а рассеянность высмеивали.