Фамилия Дытынис — редкий случай в русском ономастиконе, и её разговор стоит начать с суффикса. Окончание -ис типично для фамилий литовского происхождения (сравните: Буткус, Садаускас, Янис). Это не русская патронимическая модель, а балтийская, где -ис — один из суффиксов, образующих фамилии от личных имён или прозвищ. Поэтому первое, что можно сказать с высокой вероятностью: предки носителя фамилии Дытынис были литовцами или происходили с территории Великого княжества Литовского — земель современной Литвы, Беларуси или западных областей России.

Основа фамилии — Дытын- — скорее всего, восходит к литовскому личному имени или прозвищу. В литовском языке есть глагол dyti (протыкать, колоть) или существительное dytis (колющий предмет, шип). Однако напрямую выводить фамилию из этого корня рискованно: в балтийской антропонимике нередки случаи, когда основа — это сокращение от двусоставного имени, например, Dyt- от Dytmantas или Dytgirdas. В таком случае Дытынис могло означать «сын (потомок) Дыта», где Дыт — краткая форма личного имени.

Есть и другая версия, менее вероятная, но допустимая: фамилия могла возникнуть на русской почве при адаптации литовской фамилии. Например, литовское Dytinis (с ударением на первый слог) при записи в русских документах могло получить огласовку «ы» и окончание -ис, превратившись в Дытынис. Такое случалось, если носитель переезжал в великорусские губернии и его фамилию записывали на слух.

Социальный контекст фамилии тоже любопытен. Литовские фамилии на -ис в XIX веке чаще всего носили крестьяне и мелкая шляхта (однодворцы). В ревизских сказках и метрических книгах западных губерний Российской империи — Виленской, Ковенской, Гродненской — можно встретить носителей этой фамилии. Дворянских родов с такой фамилией в гербовниках не зафиксировано, что указывает на простое происхождение.

Географически фамилия Дытынис сегодня встречается редко, преимущественно в Литве и среди литовской диаспоры. В России её носители — скорее всего, потомки литовцев, переселившихся в Сибирь или на Дальний Восток в ходе столыпинской аграрной реформы или после Второй мировой войны. Однокоренных фамилий в русском языке нет, что подтверждает её изолированность и чужеродность для славянской модели.