Фамилия Еднева — одна из тех, что с первого взгляда кажется простой, но при ближайшем рассмотрении открывает неожиданную географию. Её основа, прозвище Едень, скорее всего, имеет не русские, а южнославянские корни. В сербском языке слово «један» (jedan) означает «один». Так могли назвать первенца — первого и потому особенно значимого ребёнка в семье. Но прозвище «Один» давали не только по счёту рождения. В крестьянской среде оно часто закреплялось за человеком, который был главным в своём деле, единственным кормильцем или непререкаемым авторитетом для окружающих. Именование Едень, таким образом, несло в себе оттенок лидерства и исключительности.

Интересна и словообразовательная модель. Фамилия оканчивается на -ев, что указывает на притяжательное значение: «чей?» — «Еднев». В русской традиции суффикс -ев присоединялся к основам на мягкий согласный или на -й. В данном случае исходная форма Едень дала Еднев, а женский вариант Еднева закрепился по правилам русского рода. Это классическая патронимическая фамилия, то есть образованная от имени или прозвища отца.

Стоит обратить внимание и на возможную альтернативную версию. В некоторых говорах слово «едень» могло быть вариантом «ядень» — от глагола «есть» (еда). Однако эта гипотеза менее убедительна: прозвища от «еды» обычно образовывались иначе (Едок, Обжора) и редко давали столь лаконичную форму. Сербская версия выглядит предпочтительнее ещё и потому, что фамилия Еднев встречается в документах XIX века на территориях, где были сильны миграционные потоки с Балкан — например, в Новороссии и на Кубани.

Таким образом, фамилия Еднева — не просто случайный набор звуков. Она сберегла память о первенце, лидере или единственном кормильце в роду, а возможно, и о дальних сербских корнях предка, принёсшего это прозвище в русскую языковую среду.