Фамилия Ехрышова — женская форма фамилии Ехрышов. Её основа — прозвище или нецерковное имя Ехрыш. Слово это звучит непривычно для современного уха, но в русских говорах встречались похожие прозвища, образованные от глагола «ехрить» — вертеться, суетиться, быть непоседливым. В словаре В. И. Даля зафиксировано слово «ехря» в значении «неряха, растрёпа». Отсюда — прозвище Ехрыш для человека неопрятного или, наоборот, слишком суетливого.

Суффикс -ыш в русской антропонимии редок. Обычно он придаёт слову уменьшительно-пренебрежительный оттенок (сравните: глупыш, крепыш, малыш). В фамилиях такой формант встречается нечасто, что делает Ехрышова одной из немногочисленных «словообразовательных редкостей». Фамилии на -ышов (-ышев) в основном севернорусские и вятские: есть, например, фамилия Торопышев (от торопыга) или Глупышев. Ехрышов, скорее всего, из того же ряда — прозвищного, а не крестильного происхождения.

Географически фамилия Ехрышова почти не покидает пределов одного региона. По данным современных телефонных справочников и архивных записей, большинство носителей сосредоточено в Пермском крае и соседних областях Урала. Это типичная фамилия-«однодворка»: она могла возникнуть в одной деревне или нескольких близлежащих селениях и распространиться локально, не уходя далеко от места своего рождения. Вероятнее всего, предок Ехрышовых был крестьянином или заводским работником на уральских горных заводах — в XVIII–XIX веках туда переселяли людей из центральных губерний, и фамилии часто закреплялись именно за пришлыми семьями.

Есть и более редкая гипотеза: основа могла быть искажением тюркского имени или прозвища. В татарском языке есть слово «ихрыш» — ссора, раздор. Если предок нёс такое прозвище, то фамилия могла возникнуть в среде крещёных татар или через смешанные браки на границе русских и тюркских земель. Но эта версия менее вероятна: фамилия не имеет характерных для тюркских заимствований суффиксов, а уральский ареал бытования плотно связан с русскими старожильческими говорами.

В целом, фамилия Ехрышова — яркий пример того, как редкое диалектное слово, почти исчезнувшее из речи, сохраняется в виде родового имени. Для своего носителя она — ключ к говору предков и к истории конкретного уголка России.