Происхождение
Фамилия Ёрычычыч
Фамилия Ёрычычыч — случай, когда стандартные словари бессильны. Её нет ни у Унбегауна, ни у Никонова, ни у Веселовского, а носителей, если они вообще существуют, можно пересчитать по пальцам. Перед нами не просто редкая, а, скорее всего, искусственно сконструированная или предельно искажённая форма, которая ломает привычные законы русской ономастики.
Главная загадка — цепочка суффиксов. Обычная русская фамилия строится по схеме «корень + суффикс принадлежности (-ов/-ев, -ин)» или «корень + суффикс притяжательности (-ский/-цкий)». Здесь же мы видим нагромождение: -ыч-ыч-ыч. Суффикс -ич/-ыч в русских фамилиях обычно указывает на отчество (Степаныч, Петрович) или на принадлежность к роду в белорусских и польских фамилиях (Мицкевич, Ковалевич). Но тройное повторение «-ыч» — нонсенс. В живой речи такое могло возникнуть только как шуточное прозвище, построенное по модели «дед Пахомыч — внук Пахомыча — правнук Пахомыча», где каждое поколение прибавляло к прозвищу ещё один «-ыч». Слово превращалось в абсурдную матрёшку, которая закреплялась за самым младшим в роду.
Основа «Ёрыч» тоже нестандартна. Самое правдоподобное объяснение — искажённое «Ерыч» от древнерусского названия буквы «ы» (ер). В старину «ерыгой» или «ерычкой» дразнили грамотея, учителя или человека с невнятной речью, «тянущего» гласные. Прозвище было не обидным, а скорее насмешливым. Менее вероятная версия — связь с диалектным глаголом «ёрыжиться» (упрямиться, ершиться). Тогда «Ёрыч» — прозвище неуживчивого, сварливого человека. Обе версии упираются в одну проблему: ни одна из них не объясняет, зачем понадобилось утраивать суффикс.
Если фамилия реальна, её происхождение следует искать не в документах XVII–XIX веков, а в советском или постсоветском времени. Это мог быть псевдоним, сознательно созданный по принципу абсурда (в духе обэриутов), или описка паспортиста, которая закрепилась в документах. В любом случае, носитель фамилии Ёрычычыч — обладатель уникального ономастического артефакта. Это не фамилия в привычном смысле, а лингвистический курьёз, который не поддаётся стандартной этимологии.