Фамилия Фофкининин — один из самых редких и необычных примеров русской словообразовательной «матрешки». Её длина и повторы суффиксов сразу бросаются в глаза, и это не случайность. Перед нами не просто фамилия, а цепочка последовательных притяжательных форм, которая застыла в документах.

В основе лежит имя или прозвище Фофка. Это уменьшительная форма от канонического имени Фофан (разговорный вариант греческого Феофан, что значит «Богоявленный»). В русском языке такие «простые» формы были обычны в крестьянской и посадской среде: Фофка, как Степка, Петька или Васька. Далее к основе добавили суффикс -ин-, который образует притяжательное прилагательное: «чей?» — Фофкин, то есть «сын Фофки» или «человек из семьи Фофки». На этом многие фамилии заканчиваются (сравните: Фофкин, Ивашкин, Машкин).

Но носитель фамилии Фофкининин получил двойное «нанизывание». Сначала к форме «Фофкин» добавили ещё один суффикс -ин-, получив Фофкинин — «сын Фофкина». А затем, по той же модели, ещё один -ин-: Фофкининин — «сын Фофкинина». Это грамматический анахронизм, который мог возникнуть при переписи населения или в церковных книгах, когда писарь, стремясь подчеркнуть принадлежность к конкретному роду, механически повторял суффикс. Подобные «тройные» фамилии (вроде Петрининин, Степанининин) встречаются в северных и вятских говорах, где притяжательность выражалась особенно последовательно.

Вероятнее всего, предок носителя фамилии был крестьянином или ремесленником, жившим в глубинке — в Архангельской, Вологодской или Вятской губерниях. Именно там, в условиях замкнутых общин, фамилии на -ин и -ых/-их нередко удваивались, фиксируя не только отца, но и деда. Сегодня фамилия Фофкининин крайне редка, её носители — живое свидетельство того, как русская грамматика может создать уникальный патроним, в котором «законсервирована» целая родословная цепочка.