Фамилия Глобинов — редкий случай, когда основа и суффикс вступают в противоречие. С одной стороны, перед нами типичная патронимическая модель на -ов: так образовывали фамилии от мужских имён и прозвищ, оканчивающихся на твёрдый согласный (Иван → Иванов, Глоб → Глобинов). С другой стороны, суффикс -ин- в середине слова намекает на притяжательную форму: «Глобинов» буквально значит «сын Глобина», то есть внук человека по прозвищу Глоб. Такая двойная суффиксация встречается, когда исходное прозвище было коротким, а фамилию оформляли уже от отчества, производного от него.

Корень «глоб-» в русских говорах неоднозначен. Самая прямая версия — от слова «глоба» в значении «жердь, слега, бревно». В южных и западных диалектах так называли толстую палку или рычаг. Прозвище Глоб могли дать высокому и худому человеку (по ассоциации с жердью) либо плотнику, работавшему с брёвнами. Менее вероятна, но возможна связь с диалектным «глобать» — «есть с жадностью, чавкать»; тогда прозвище относилось к едоку с неаккуратными манерами.

В дореволюционных источниках фамилия почти не встречается. Это говорит о её позднем оформлении — скорее всего, во второй половине XIX века, когда крестьянам массово давали фамилии по отцу или деду. Географически Глобиновы тяготеют к центральным областям России (Тверская, Смоленская губернии), где слово «глоба» было в ходу. Дворянских родов с такой фамилией нет — это однозначно крестьянская или мещанская среда.

Любопытно, что фамилия не закрепилась в форме Глобов, хотя логичнее было бы именно так. Видимо, в конкретной семье деда звали Глоб, отца — Глобин, а фамилию дали уже внуку, отсюда трёхступенчатая конструкция. Такие случаи — редкость, они показывают, как в русской ономастике случайность быта побеждала стройную систему словообразования.