Фамилия Илло — редкий случай, когда происхождение слова приходится искать не в славянских, а в европейских языках, причём сразу в нескольких направлениях. Самая простая версия отталкивается от венгерского глагола illeni — «подходить, быть к лицу». Если фамилия действительно венгерская по корню, она могла указывать на человека статного, уместного в обществе или просто угодившего прозвищем.

Другая гипотеза выводит основу из латинского наречия illo — «туда». Вряд ли это прямое указание на направление движения; скорее, так могли прозвать странника, перебежчика или человека, который постоянно куда-то собирался. Есть и скандинавский след: шведское lo означает «рысь». Если фамилия пришла с севера, её носитель мог получить прозвище за острое зрение, диковатый нрав или даже за охоту на этого зверя.

Нельзя обойти стороной и антропонимическую версию. В ряде европейских языков (особенно в венгерском, где форма Иллес широко распространена) имя Илья или Илларион давало сокращения вроде Илли, Или, Илле. Илло вполне могло стать усечённым вариантом такого имени, закрепившимся в качестве фамилии. Спор между этими гипотезами не решается однозначно: слишком короткая основа, слишком много языков могли на неё повлиять.

Самая яркая историческая фигура с этой фамилией — барон Христиан фон Илло (1580–1634). Он был генералом императорской армии, дослужился до фельдмаршала и получил дворянство. Во время Тридцатилетней войны Илло стал ближайшим сподвижником Альбрехта фон Валленштейна. Современники отмечали его личную храбрость и пламенное красноречие, которые сильно действовали на офицеров и солдат. В январе 1634 года на собрании в Пильзене именно Илло убедил военачальников держаться Валленштейна, а на банкете заставил их подписать обязательство никогда его не покидать. После опалы Валленштейна Илло последовал за ним в Егер, где и был убит вместе с полководцем. Эта драматичная история закрепила за фамилией ореол военной верности и трагической судьбы.

Сегодня фамилия Илло встречается в основном в Западной и Центральной Европе, изредка — в России, куда могла попасть с переселенцами или через прибалтийских немцев. Из-за своей краткости и нетипичного для русского уха окончания она почти не даёт вариантов для словообразовательного разбора по славянским моделям, что и делает её уникальной среди соседних фамилий.