Фамилия Илюева — один из тех случаев, когда на слух кажется, что перед нами типичная фамилия на -ев, образованная от имени Илья. Но если присмотреться, всё чуть сложнее и интереснее. Давайте разбираться.

Первое, что бросается в глаза — суффикс -ев. В русских фамилиях он обычно указывает на принадлежность: «чей?» — «Ильин сын» превращается в Ильин, а «Ильев сын» — в Ильев. Но в фамилии Илюева мы видим не просто Ильев, а форму с корнем Илю-. Такая основа характерна для уменьшительно-ласкательных или обиходных вариантов имени Илья: Илюха, Илюша, Илюня. Получается, что Илюева — это «дочь (или жена) Илюя», где Илюй — разговорная форма имени Илья, распространённая в северных и центральных говорах России. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» подобные модели описаны как типичные для прозвищных и уменьшительных основ.

Есть и вторая, менее очевидная версия. В некоторых тюркских языках существует корень «илю» со значением «мирный», «спокойный». Фамилия Илюева могла возникнуть у народов Поволжья или Кавказа, где русский суффикс -ев присоединился к тюркскому имени Илю (или Илюй). В этом случае фамилия означала бы «принадлежащий к роду Илю». Правдоподобность этой версии подтверждается тем, что фамилия Илюева встречается в регионах с плотным смешением славянских и тюркских этносов — например, в Оренбургской области и на Северном Кавказе.

География фамилии подсказывает, что её носители не были московскими боярами или петербургскими чиновниками. Илюевы — это, скорее, крестьянский или казачий род. В ревизских сказках XIX века фамилия фиксируется в Воронежской губернии и на Тереке, что указывает на оседлое земледельческое или военно-служилое происхождение. Никаких дворянских гербов или упоминаний в родословных книгах у Илюевых нет — фамилия оставалась в народной среде.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями — Ильин, Ильев, Илюхин, Илюшин, — то Илюева стоит особняком. Она сохранила редкую основу Илюй, которая в современном русском языке почти исчезла. В этом её уникальность: она не просто «от имени Илья», а от той его формы, которая бытовала в живой речи несколько веков назад и почти не дошла до наших дней.