Фамилия Кадлубицкий — одна из тех, чей корень прячется за польским или западнорусским звучанием. Её основа — слово «кадлуб» или «кадлубек». В польском языке «kadłub» означает «пень», «колода», «туловище» (без головы и конечностей), а также «остов» или «чурбан». В старопольских говорах так называли и долблёную колоду — прообраз улья или корыта. Таким образом, прозвище Кадлуб мог получить либо человек коренастый, плотный, похожий на обрубок дерева, либо тот, кто делал такие колоды — бондарь, пчеловод или плотник.

Суффикс «-ицк-» (в форме «-ицкий») типичен для фамилий шляхетского происхождения в Речи Посполитой. Он указывает на принадлежность к месту или роду: Кадлубицкий — «тот, кто из Кадлубиц» или «сын Кадлуба». Такие фамилии часто образовывались от названий усадеб, хуторов или деревень. В Польше и на западе современной Украины существовали и существуют населённые пункты с корнем Кадлуб: например, Кадлуб (Kadłub) в Опольском воеводстве или Кадлубиска. Носитель фамилии мог быть выходцем из одного из таких мест.

В Российской империи фамилия Кадлубицкий встречалась преимущественно среди мелкопоместной шляхты западных губерний — Волынской, Подольской, Киевской. После разделов Польши многие шляхтичи, не подтвердившие дворянство, переходили в однодворцы или мещане, но фамилия с характерным окончанием сохраняла память о сословном прошлом. Встречаются и более поздние варианты написания: Кадлубский, Кадлубецкий — они возникали из-за упрощения в устной речи или при записи в документах.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: польская основа + типичный шляхетский суффикс. Это не крестьянская фамилия на «-ов» или «-ин», а указание на происхождение из определённой местности или рода. В отличие от фамилий вроде Кадлубов, которые могли дать просто по прозвищу, Кадлубицкий несёт географический оттенок: «мы из Кадлуба».

Среди однокоренных фамилий — Кадлубовский, Кадлубович, Кадлубенко. Все они восходят к тому же «пню» или «колоде», но различаются суффиксами, которые указывают на регион и социальный слой. Кадлубицкий — вариант, скорее всего, польско-украинского пограничья, где шляхта говорила на польском, а крестьяне — на украинских говорах.