Фамилия Канидьева — одна из тех, что ставит исследователя перед вопросом: что это — переосмысленная форма канонического имени, местное прозвище или след забытого ремесла? Ответ не лежит на поверхности, и это делает её особенно интересной.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?»), значит, основой послужило прозвище или имя Канидь. Основа «канид-» не имеет очевидных параллелей в церковном календаре, поэтому версия о прозвище — основная.

Самый вероятный источник — диалектное слово «канитель» (от французского cannetille — тонкая металлическая нить для вышивки). В русском языке «канить» означало «тянуть, медлить, делать что-то кропотливо». Прозвище Канидь могли дать либо неторопливому, дотошному человеку, либо ремесленнику, работавшему с канителью — золотошвею или изготовителю позументов. Фамилия Канидьев (а в женском роде — Канидьева) могла закрепиться за потомками такого мастера.

Менее вероятна, но допустима связь с греческим именем Кандид (от латинского candidus — «белый, чистый»). В русской традиции это имя встречалось редко, чаще в монашеской среде. При переходе в фамилию оно могло дать формы вроде Кандидов, а Канидьев — результат местного произношения, где «д» перед мягким «и» перешло в глухой «ть».

Географически фамилия редкая и встречается преимущественно в центральных областях России, в частности в Тверской и Московской губерниях. Это указывает на локальное бытование прозвища, не получившего широкого распространения.

Таким образом, предок носителей фамилии Канидьева, скорее всего, был либо человеком с медлительным, вдумчивым характером, либо ремесленником, связанным с производством канители — тонкой работы, требовавшей терпения и аккуратности.