Фамилия Карамельщиков — один из редких примеров, когда в основе лежит не имя, не прозвище по характеру, а конкретное ремесло, связанное с производством лакомства. В отличие от более привычных Кузнецовых или Плотниковых, здесь ясно видна профессиональная специализация, которая в XVIII–XIX веках была не просто работой, а целым искусством. Карамельщиками называли мастеров, варивших карамель — фруктовые леденцы и тянучки, которые в России долго оставались диковинкой и стоили дорого. Такой человек мог работать в кондитерской мастерской, при богатом доме или иметь собственную лавку.

Словообразовательная модель проста и прозрачна: основа «карамельщик» (тот, кто делает карамель) плюс типичный русский суффикс принадлежности -ов. Суффикс -щик указывает на профессию, а окончание -ов превращает прозвище в фамилию, отвечая на вопрос «чей?» — сын карамельщика. Фамилия не могла появиться раньше середины XVIII века, когда в России начали массово завозить сахар и развивать кондитерское дело. До этого карамель была редкостью, и специалистов по ней почти не было.

Интересно, что фамилия почти не встречается за пределами центральных губерний — Москвы, Петербурга, Тверской и Ярославской областей. Там, где в городах существовали кондитерские цеха, и мог закрепиться этот профессиональный признак. В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) Карамельщиков не упоминается — это говорит о её крайней редкости и узкой географической привязке. По сути, она сохранила память о той эпохе, когда сахарное производство только входило в быт, а мастера-сладкоежки ценились на вес золота.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает, что Карамельщиков стоит особняком. Есть, скажем, Прянишников или Блинников — ремёсла, распространённые повсеместно. А вот карамель — продукт более изысканный, городской, аристократический. Поэтому носитель фамилии, скорее всего, происходил из среды не крестьян, а мещан или цеховых ремесленников, работавших на заказ. Вполне возможно, что предок был не просто варщиком сладостей, а владельцем небольшого производства — иначе прозвище вряд ли закрепилось бы за целым родом.

В написании фамилии есть одна особенность: буква «ё» в суффиксе. В старых документах её могли опускать, и тогда запись «Карамельщиков» читалась бы с ударением на последний слог, как «Карамельщикóв». Однако по правилам русской орфографии XIX века, если основа заканчивается на мягкий согласный (как «ль»), суффикс -ов сохраняет ударение на «о». Современное произношение чаще всего — Караме́льщиков, с ударением на второй слог, что логично: так же, как и в названии профессии.