Фамилия Карноченкова — редкий случай, когда женская форма способна рассказать о происхождении больше, чем мужская. В ней сконцентрирована цепочка словообразовательных ходов, которые ведут нас в XVI–XVII века, на стык русских, украинских и белорусских земель.

Сразу бросается в глаза суффикс -енк-. В отличие от великорусских -ов/-ев или -ин, суффикс -енко (а в женском роде -енкова) — классический признак украинской или южнорусской фамильной модели. Он означает «маленький», «сын такого-то». То есть Карноченко — это «сын Карноты». А вот Карнота — это уже прозвище или, что вероятнее, производное от канонического имени.

Здесь и начинается самое интересное. Основа «Карнот-» может восходить к двум разным источникам. Первый — от имени Корней (Корнилий), которое в народной речи на юге давало формы Карней, Карнот. Второй вариант — от крестильного имени Карп, через уменьшительную форму Карноша или Карнота. Оба варианта правдоподобны, и выбор зависит от региона и местного говора. В любом случае, предок носителя фамилии был человеком, которого в быту звали Карнотой — скорее всего, крестьянином или ремесленником, потому что фамилии на -енко в массе своей закрепились за непривилегированными сословиями.

Интересна и география. Фамилия Карноченков (мужская форма) и Карноченкова (женская) сегодня встречается в основном в центральных и южных областях России, а также в восточных регионах Украины. Это не случайно: модель на -енко активно распространялась в Слобожанщине и на Дону в XVII–XVIII веках, когда шло переселение крестьян с Правобережной Украины.

Таким образом, Карноченкова — это не просто «дочь Карноты», а исторический маркер: фамилия указывает на южнорусские или украинские корни, на крестьянский или казачий быт, и на то, что предка звали уменьшительно-ласкательным именем от Корнея или Карпа. В этом смысле она ничем не хуже более известных фамилий — она просто хранит память о другом диалекте и другом укладе жизни.