Фамилия Карошкин — редкая и неочевидная с точки зрения корня. В ней нет ни типичного «профессионального» суффикса, ни прозрачного имени в основе, поэтому разбирать её стоит с самого спорного элемента — первой части.

Наиболее вероятная версия связывает фамилию с прозвищем Карошка. В северо-западных и центральных говорах русского языка «карошка» — это диалектное название корюшки, небольшой рыбки. Прозвище Карошка могли дать рыбаку, торговцу рыбой или просто человеку маленького роста и вертлявого нрава — по ассоциации с юркой рыбёшкой. Суффикс -ин в фамилии Карошкин указывает на принадлежность: «сын Карошки». Модель образования здесь та же, что и в фамилиях Ёршов, Окунев, Карасёв, но с заменой типичного -ов на -ин, что характерно для основ, оканчивающихся на -а/-я.

Менее убедительная, но возможная версия — от имени или прозвища Карош, которое могло быть производным от крестильного имени Карп (в просторечии Кароша) или от редкого имени Карий. Однако в этом случае логичнее было бы ожидать форму Карошев или Каров, а не Карошкин. Уменьшительно-ласкательный суффикс -к- (Карош-к-а) как раз и делает прозвище «рыбным»: так в народе охотно образовывали бытовые имена от названий живности.

Географически фамилия Карошкин встречается точечно, в основном на Русском Севере и в Поволжье — в Вологодской, Архангельской, Кировской областях. Это косвенно подтверждает «рыбную» версию: корюшка и её промысел традиционно связаны с северными реками и озёрами.

Сословная принадлежность носителей фамилии не зафиксирована в дворянских родословных книгах. Скорее всего, Карошкины — потомки крестьян или посадских людей, получивших фамилию по прозвищу предка в XVIII–XIX веках. Известных исторических деятелей с этой фамилией нет, что делает её типичным примером «народной» ономастики, где за неброским корнем стоит бытовая, но живая деталь — улов, ремесло или внешность.