Фамилия Касмылины — редкий случай, когда географическая привязка почти наверняка перевешивает все прочие версии. Её основа — топоним Касмыла, так называется река в Кемеровской области, правый приток Ини. Если предок носителя фамилии жил на этой реке или происходил из села с таким названием (а такие деревни в Сибири были), то прозвище «Касмыла» или «Касмылин» закреплялось за ним по месту жительства. Модель образования проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — сын Касмылы), а сама основа, скорее всего, восходит к тюркскому или местному сибирскому слову, которое в русской передаче превратилось в «касмыл».

Суффикс -ин в этой фамилии не случаен: он характерен для прозвищ и имён, оканчивающихся на -а/-я. В ономастике это стандартная модель для обозначения «сына такого-то» или «человека из рода такого-то». Если бы основа кончалась на согласный, мы бы увидели Касмылов, но здесь — Касмылины, что дополнительно подкрепляет версию о прозвище от названия реки или местности, а не от имени собственного.

Менее вероятная, но возможная версия связывает фамилию с диалектным словом «касмылить» — в некоторых говорах это означало «шататься без дела», «бродить», «болтаться». Тогда прозвище Касмыла могли дать непоседливому или праздному человеку. Однако эта гипотеза слабее: во-первых, глагол редкий и локальный, во-вторых, фамилия устойчиво привязана к сибирскому региону, где река Касмыла — реальный и основной ориентир.

В документах фамилия встречается в основном в Кузбассе и соседних областях, что подтверждает её корни именно в сибирской топонимике. По сословию предки Касмылиных, скорее всего, были государственными крестьянами или казаками — типичными жителями тех мест, где река давала название поселению. Никаких дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что тоже косвенно говорит о её «географическом» происхождении.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями вроде Касмылов или Касмылев, то Касмылины — самая распространённая форма, и именно она указывает на исходную основу на -а. Это типичный пример того, как топоним, перейдя в прозвище, а затем в фамилию, сохранил память о конкретном месте, где жили предки.