Фамилия Казкелдин — редкий случай, когда основа не просто прозвище, а целая фраза, свёрнутая в слово. Это типичная тюркская (скорее всего, казахская или башкирская) модель, где личное имя или прозвище образовано от глагола в повелительном наклонении и дополнения. Казкелдин буквально разбирается на два корня: каз (от «казы» — гусь, либо от глагольной основы «каз-» — копать, рыть) и келдин (от «келдің» — ты пришёл). Первая и самая правдоподобная версия: перед нами имя-пожелание «Каз келдің» — «Ты пришёл, как гусь» или «Гусь пришёл». У тюркских народов гусь — символ благополучия, удачи и возвращения домой. Так могли назвать долгожданного ребёнка, родившегося после долгого отсутствия отца или после трудного периода в семье: мол, счастье прилетело.

Вторая версия, менее поэтичная, но тоже возможная: основа «каз» может восходить к значению «копать», «рыть». Тогда прозвище Казкелдин означало бы «Пришёл копать» или «Явился (на) раскопки». В бытовой среде так могли окрестить человека, который появился на месте работы, когда все уже начали копать, либо того, кто постоянно опаздывал к началу полевых работ. Однако в антропонимике тюркских народов такие «трудовые» прозвища встречаются реже, чем метафорические имена-пожелания.

Суффикса в русском понимании у фамилии нет — это чистая основа, которая при переносе в русскую паспортную систему не получила типичного окончания -ов или -ев. Такие «голые» фамилии (без суффикса принадлежности) характерны для казахов, татар и башкир, чьи имена записывались в документах в исходной форме. Географически фамилия Казкелдин тяготеет к Западному Казахстану и Оренбургской области — регионам, где исторически кочевали роды, использовавшие гуся как тотемную птицу.

С точки зрения социального статуса, носители такой фамилии в XIX веке были скорее всего скотоводами или мелкими земледельцами, но не знатью: тюркская аристократия (султаны, бии) редко пользовалась именами-прозвищами, предпочитая арабские или персидские имена. Казкелдин — это фамилия простого человека, чьё имя когда-то сказало о нём всё: он пришёл в этот мир, как гусь весной, — кстати и к добру.