Фамилия Керосиров — редкий случай, когда основа прозвища или профессии почти не требует расшифровки. Она образована от слова «керосин» — продукта перегонки нефти, который вошел в широкий обиход в России во второй половине XIX века. Модель типична для русских фамилий: к основе на согласный добавили патронимический суффикс -ов, означающий «сын» или «принадлежащий». То есть Керосиров — буквально «сын Керосина» или «человек из семьи Керосировых». Но кто же был тот самый первый Керосин?

Самая правдоподобная версия — прозвище по роду занятий. Керосином торговали, его развозили и хранили. Владелец керосиновой лавки, возчик керосина или работник на нефтеперегонном заводе вполне мог получить уличное прозвище Керосин. В крестьянской и мещанской среде такие «товарные» прозвища были обычны: Масло, Сахар, Деготь. Керосиновый бизнес активно развивался в Баку, Грозном, на Нижней Волге и в крупных торговых городах вроде Нижнего Новгорода и Саратова — оттуда, скорее всего, и пошла фамилия.

Менее вероятно, но не исключено, что прозвище дали за внешность или характер. Керосин ассоциировался с резким запахом, копотью, горючестью. Так могли назвать чумазого ребенка, въедливого человека или того, кто «вспыхивал» по любому поводу. Однако для XIX века такая метафора звучит слишком книжно — в живой речи скорее бы сказали «Сажа» или «Горюн».

Фамилия не встречается в старых дворянских родословных книгах и не упоминается в классических ономастических словарях (Унбегауна, Никонова, Веселовского) — она явно поздняя, массово закрепившаяся уже после отмены крепостного права, в эпоху нефтяного бума. По этой же причине у нее нет вариантов с суффиксом -ин (Керосинин — звучало бы неестественно). Географически носители фамилии разбросаны, но чаще встречаются в Поволжье, на Южном Урале и в Сибири — регионах, связанных с нефтедобычей или перегонкой.

Таким образом, Керосиров — «профессиональная» фамилия, возникшая не раньше 1860–1870-х годов. Ее предок, скорее всего, был человеком, чья жизнь была связана с керосином: торговцем, извозчиком или рабочим. Никакой тайны в корне нет, но именно эта прозрачность и делает фамилию живым документом эпохи индустриализации России.