Фамилия Хапцев — яркий пример того, как русская фамилия может хранить в себе память о ремесле или бытовой черте предка. Основа здесь — слово «хапец», которое в диалектах означало хватателя, хапугу, того, кто хватает без разбора. В словаре Владимира Даля зафиксирован глагол «хапать» — хватать, брать жадно, воровать. Соответственно, Хапцем в народе могли прозвать либо нечистого на руку человека (мелкого воришку, взяточника), либо, что любопытно, сборщика податей или целовальника — то есть человека, чья работа была связана с «хватанием» денег. Прозвище это было нелестным, но в те времена его давали открыто, и оно легко становилось фамильным.

Суффикс «-ев» указывает на принадлежность: Хапцев — сын Хапца. Это типичная модель для русских фамилий, образованных от прозвищ или мирских имён, оканчивающихся на твердый согласный (Хапец — Хапцев). Интересно, что фамилия встречается в двух вариантах написания: Хапцев и Хопцев. Второй вариант, скорее всего, связан с аканьем — произносительным обычаем, когда «о» в безударном положении звучит как «а». Поэтому на слух фамилия могла записываться по-разному, но корень оставался тем же.

Географически фамилия Хапцев тяготеет к южнорусским и центральным областям, где аканье было нормой. Можно предположить, что предки носителей этой фамилии жили на территории современных Рязанской, Тамбовской, Воронежской или Липецкой областей. Встречается она и на Кубани, куда переселенцы принесли свой говор и фамилии. При этом фамилия довольно редкая — в списках частотных русских фамилий она не фигурирует, что говорит о её локальном происхождении.

С точки зрения социальной истории, Хапцевы вряд ли принадлежали к высшим сословиям. Прозвища с негативным оттенком обычно закреплялись за крестьянами, ремесленниками или служилыми людьми низшего ранга. В документах XVII–XVIII веков можно было бы найти запись вроде «крестьянин Федька Хапец» — без фамилии, просто по прозвищу, которое позже стало родовым именем. В отличие от фамилий на «-ский», которые часто указывали на дворянское происхождение, Хапцев — фамилия демократичная, бытовая, выросшая из живого разговорного языка.