Фамилия Хапулин — яркий пример того, как русская фамилия может родиться из нелестного, но меткого прозвища. В её основе лежит глагол «хапать», то есть хватать, брать жадно, присваивать чужое. Прозвище Хапуля давали человеку корыстному, склонному к стяжательству, тому, кто «не упустит своего» и приберёт к рукам всё, что плохо лежит. В крестьянской среде, где общинные ценности были сильны, такое качество осуждалось, и прозвище быстро закреплялось.

Модель образования фамилии проста и типична для центральной России: прозвище Хапуля + патронимический суффикс -ин. Суффикс указывает на принадлежность: «чей сын?» — Хапулин, то есть сын или потомок Хапули. По такой же схеме сложились десятки фамилий: от Злобы — Злобин, от Грязнули — Грязнулин. Примечательно, что в говорах слово «хапуля» могло иметь и более узкое значение — так называли не просто жадного человека, а взяточника или мелкого чиновника, который «хапает» при исполнении. В этом смысле фамилия могла нести и социальный подтекст, указывая на занятие предка, пусть и не самое почётное.

Интересно, что фамилия Хапулин встречается в основном в двух регионах — в Поволжье (особенно в Самарской и Саратовской областях) и на юге России, в Ростовской области. Это не случайно: в этих краях в XIX веке были сильны переселенческие потоки, и фамилия могла «осесть» в местах, куда уходили крестьяне из центральных губерний. Встречаются и варианты написания — Хапулин через «о» встречается реже, но фиксируется в документах, что связано с акающим произношением.

В отличие от фамилий, образованных от церковных имён или географических названий, Хапулин — открытая книга о характере предка. Она не скрывает, а наоборот, прямо называет то, за что человек получил своё прозвище. В словаре русских фамилий Б. Унбегауна подобные «говорящие» фамилии отмечены как один из самых древних пластов, восходящих ещё к бытовым прозвищам Древней Руси. Так что носитель фамилии Хапулин может с уверенностью сказать: его предок был человеком заметным, пусть и не с самой лучшей стороны.