Фамилия Хармисов — редкий случай, когда основа, скорее всего, не славянская, а адаптированная к русской модели. Суффикс -ов указывает на типичную русскую патронимическую форму («чей?» — сын Хармиса), но само имя или прозвище Хармис в славянском именослове не встречается. Здесь два основных пути.

Первый и самый вероятный — фамилия ведет к крестильному имени. В православных святцах есть имя Хармисий (греч. Χαρμίσιος, от χάρμα — «радость», «отрада»). Это редкое, почти исчезнувшее имя. В разговорной речи оно могло сократиться до Хармис, а затем по модели «Хармис → Хармисов» образовать фамилию. Такую версию поддерживает и то, что фамилия Хармисов встречается в регионах с сильной церковной традицией (например, в центральных областях России, в среде старообрядцев), где редкие календарные имена сохранялись дольше.

Второй вариант — искусственное происхождение. В XVIII–XIX веках в семинариях часто «переводили» фамилии на греко-латинский манер. Если у предка была «говорящая» фамилия от слова «радость» (например, Радостин или Веселов), её могли переделать в Хармисов, взяв за основу греческое «харма» (радость). Но эта версия менее правдоподобна: для семинарских фамилий характерны суффиксы -ский/-цкий, а не -ов.

Географически фамилия привязана к небольшому ареалу: по данным современных телефонных справочников, основная масса носителей живет на Урале и в Зауралье (Пермский край, Свердловская область). Это косвенно подтверждает первую версию: именно в этих краях в XVII–XVIII веках оседали старообрядцы, которые удерживали редкие календарные имена.

Что касается социального контекста: фамилия не дворянская и не купеческая. Она из крестьянской или мещанской среды. Её носители — потомки людей, получивших фамилию по имени отца, которого звали редким церковным именем Хармис (Хармисий). Других версий — от тюркских корней или от названия ремесла — нет: ни в одном языке Поволжья или Средней Азии нет слова, похожего на «хармис», которое имело бы бытовое значение.