Фамилия Хероватучапопугаев — один из редчайших примеров русской «говорящей» фамилии, образованной от целой фразы. В отличие от стандартных моделей на -ов/-ев, которые обычно крепятся к одному слову (прозвищу, профессии, имени), здесь основой стала экспрессивная конструкция «херова туча попугаев». Это не описание рода занятий или внешности, а, скорее всего, прозвище, данное человеку за его манеру говорить, шумное поведение или склонность к яркой, нелепой одежде. В русских говорах «херова туча» — устойчивое грубоватое выражение, означающее «очень много», «великое множество» чего-либо, чаще с оттенком раздражения или насмешки. Добавление «попугаев» конкретизирует метафору: человека сравнивали с крикливой, пёстрой стаей.

Словообразовательная модель здесь необычна. Суффикс -ев присоединён не к личному имени или нарицательному существительному, а к целому фразеологизму, записанному слитно. Такие фамилии — «Семибратов», «Пустозвонов», «Убийвовк» — встречаются в основном в среде крестьян и однодворцев юга России (Курская, Воронежская, Тамбовская губернии), где была сильна традиция давать «уличные» прозвища, которые затем закреплялись в документах. Вероятно, предок носителя фамилии получил это прозвище в деревенской среде за свою шумливость, болтливость или эксцентричность, а при переписи или рекрутском наборе писарь записал его буквально, не сокращая.

Хотя на первый взгляд фамилия кажется шуточной или даже нецензурной, её основа — не мат, а диалектное слово «хер» в старом значении (крест, перекладина, а затем и мужской половой орган — уже в вульгарной речи). Однако в составе фразеологизма «херова туча» это слово утратило прямую анатомическую отсылку и стало просто усилителем количества. Таким образом, фамилия не несёт непристойного смысла, а отражает народную языковую игру. Аналогов по конструкции немного: можно вспомнить фамилию «Тучапопугаев» (без первой части) или «Херовцев» (от того же корня, но без развёрнутой метафоры).

Поскольку фамилия крайне редкая и не фиксируется в массовых справочниках (например, у Б. Унбегауна или В. Никонова), её география, вероятно, узколокальная. Сейчас носители могут встречаться в центральных и южных областях России, но точных данных нет. Фамилия не имеет отношения ни к дворянству, ни к духовенству — это стопроцентно крестьянское или мещанское прозвище, которое в XIX веке могло быть дано в насмешку, но со временем стало официальной фамилией.