Фамилия Клаудзина — редкий случай, когда географический маркер почти наверняка перевешивает все прочие версии. В русском языке нет корня «клаудз-», и фамилия не объясняется из славянских прозвищ или профессий. Скорее всего, перед нами русифицированная форма латышской или, реже, польской фамилии.

Основа — Klaudzis или Klaudze (в польском варианте Kłódź). В латышском языке слово klaudzis означает «клубок, моток» или, в переносном смысле, «неповоротливый, неуклюжий человек». Бытовало и прозвище Klaudzis для медлительного или кряжистого человека. В польском варианте kłódź — это «колода, чурбан», что семантически близко: так могли назвать плотного, коренастого мужчину.

Суффикс -ин в окончании выдает типичную русскую адаптацию. Когда носители балтийской или польской фамилии оказывались в русскоязычной среде (особенно в XIX веке на территории современных Латвии, Литвы или западных губерний Российской империи), их фамилии получали стандартное русское окончание, указывающее на принадлежность к роду: «чей?» — Клаудзин. Женская форма Клаудзина возникла как естественное производное.

Ареал фамилии — преимущественно запад России, Псковская, Новгородская области, а также Латгалия. Встречаемость крайне низкая, что подтверждает гипотезу о локальном происхождении от конкретного прозвища, а не от массового имени.

Сравните с однокоренными фамилиями: Клаудин, Клаудов, Клаузе. Все они сходятся к одному корню klaud- и не имеют связи с немецким Klaudius (Клавдий). Немецкая версия маловероятна, так как дала бы формы Клаудиус или Клаудиев, а не Клаудзин.

Таким образом, предки Клаудзиных с высокой вероятностью были латышами или поляками, получившими прозвище за внешность или повадки — «клубок», «увалень» или «коренастый». При переходе в русскую среду прозвище закрепилось с характерным суффиксом принадлежности.