Фамилия Кловзник — редкий пример, где на стыке языков и культур сошлись две совершенно разные версии происхождения. Первая и самая вероятная ведет в еврейскую среду Восточной Европы. В основе лежит слово «клойз» из идиша — так называли помещение для изучения Талмуда и раввинистической литературы, часто находившееся при синагоге. У хасидов клойзом нередко именовали и собственный молитвенный дом. Человек, который постоянно там бывал, усердно учился или даже руководил занятиями, мог получить прозвище Кловзник — «тот, кто при клойзе». Такая модель образования фамилий (основа + суффикс -ник) типична для еврейских фамилий, обозначающих род занятий или приверженность: ср. Квечман (от «квеч» — жалоба, неохота говорить), который строится по схожему принципу, но с другим суффиксом.

Вторая гипотеза выводит Кловзника из украинского языка. Слово «клявза» (или «кловза» в диалектах) означает гать — настил из бревен, хвороста или земли для проезда через болото, а также дамбу. Тогда прозвище получал строитель или содержатель таких дорог — человек, который гатил топи. Менее убедительно объяснение, что так называли просто жителя у болота или дамбы: в фамилиях на -ник обычно закрепляется деятель, а не локация.

Какую из версий выбрать? Первая кажется более правдоподобной. Во-первых, суффикс -ник в еврейских фамилиях встречается часто и образует именно прозвища по занятию (ср. Шульник — при синагоге, Меламедник — учитель). Во-вторых, украинское «клявза» — слово довольно редкое и территориально ограниченное, маловероятно, что оно дало бы устойчивую фамилию. К тому же вторая версия не объясняет характерное написание через «о» (Кловзник, а не Клявзник). Скорее всего, фамилия закрепилась в еврейских местечках Волыни, Подолии или Галиции, где идиш и украинский соседствовали, но основа осталась от клойза.

Сравнение с однокоренными фамилиями тоже склоняет к еврейскому корню. Клойз — не единственное заимствование в этой группе: среди еврейских фамилий немало искусственных или описательных образований из немецкого (Вейценбаум — «пшеничное дерево», Цигенбаум — «козье дерево»), но Кловзник стоит особняком — он не составной, а суффиксальный, что роднит его с фамилиями реальных профессий и увлечений, а не с кабинетными выдумками.

Таким образом, предок с фамилией Кловзник, скорее всего, был постоянным посетителем или служителем при клойзе — человеком, для которого учеба и молитва были центром жизни. Менее вероятно, что он строил гати через болота. В любом случае фамилия сохранила редкий для русского уха звуковой облик и недвусмысленно указывает на регион, где идиш встречался со славянскими говорами.