Фамилия Корница — редкий пример, где прозвище и топоним могли сойтись в одной точке. Разберём обе версии, но начнём с той, что объясняет словообразовательную модель.

Первый и наиболее вероятный вариант: прозвище Корница происходит от диалектного слова «корница» — прутяная петля для переноски травы. Это не просто орудие труда, а конкретная хозяйственная деталь: крестьянин, который постоянно носил сено или солому такой петлёй, мог получить прозвище по инструменту. Слово «корница» — женского рода, что для прозвищ редкость. Обычно мужчину называли по предмету в мужском роде (Короб, Мешок), но здесь прозвище застыло в форме «Корница» и перешло в фамилию без изменений. Такое бывает, если прозвище было образовано от названия действия или орудия, которое в говоре употреблялось только в женском роде. Прямых аналогов в словарях русских фамилий немного, но модель «прозвище по орудию труда → фамилия» встречается (сравните Коса, Лопата).

Вторая гипотеза — топонимическая. Корница — местечко в Волынской губернии, Заславского уезда, на берегу реки Горыни. Выходец оттуда мог получить прозвище по названию родного села. Это объяснение тоже логично: фамилии на -а, образованные от названий населённых пунктов, характерны для западных регионов (Украина, Беларусь). В таком случае Корница — не прозвище по ремеслу, а указание на место жительства, и фамилия закрепилась за переселенцем из этого местечка.

Какая версия правдоподобнее? Если смотреть на географию бытования фамилии, то Корница встречается в основном в западных областях России и на Украине — это поддерживает топонимическую версию. Но и диалектное слово «корница» бытовало в тех же краях. Скорее всего, перед нами случай, когда два разных корня дали одинаковую форму фамилии: часть носителей получила фамилию от прозвища по орудию труда, часть — от названия села. Разделить их сегодня невозможно без генеалогического исследования каждой конкретной семьи.

Суффикса в фамилии нет — она бессуффиксная, что нетипично для русских фамилий, но нормально для украинских и белорусских. Это ещё один аргумент в пользу западнорусского или малороссийского происхождения. Социальный контекст: если предок был крестьянином, то версия с прутяной петлёй для травы более естественна; если мещанином или казаком — скорее топоним. Но точных данных о сословной принадлежности первых носителей нет.