Фамилия Костельников — один из тех случаев, когда внешне прозрачная основа обманчива. На первый взгляд, корень «костел» сразу отсылает к польскому или западнорусскому слову «костёл» (католический храм). Логично предположить, что предок был либо служителем при костёле, либо жил рядом с ним. Однако в русской ономастике эта версия не единственная и не всегда самая правдоподобная.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ник- указывает на человека по роду занятий или месту (ср. часовник, мясник), а затем фамильный суффикс -ов добавляет значение принадлежности — «сын Костельника». То есть в основе лежит прозвище или профессия Костельник. Но что именно означало это слово в XVI–XVII веках? В северных и центральных говорах России «костель» (или «костыль») могло означать не только храм, но и деревянный костыль, подпорку, а в переносном смысле — долговязого, неуклюжего человека. В южнорусских и украинских диалектах «костель» иногда называли вид сельскохозяйственного орудия или деталь ткацкого станка. Таким образом, Костельников мог быть не только церковнослужителем, но и ремесленником, изготовлявшим костыли, или человеком, получившим прозвище за внешность.

География фамилии тоже подсказывает неоднозначность. Костельниковы встречаются и в исконно русских областях (например, в Вологодской губернии), где католических костёлов исторически не было, и на юге, в казачьих землях, где польское влияние ощущалось сильнее. В первом случае «костельник» скорее всего — прозвище от «костыль», во втором — реальная профессия при костёле. Спор между этими версиями не разрешён окончательно, но лингвисты склоняются к тому, что для носителей фамилии из северных регионов храмовая версия вторична: если бы предок служил в церкви, его назвали бы пономарём или дьячком, а не «костельником».

Стоит обратить внимание на редкую особенность: фамилия сохранила древнюю форму без перехода «е» в «ё» (не «Костёльников»), что говорит о её относительно ранней фиксации в письменных источниках. В сословном отношении Костельниковы не были привязаны к одному слою: среди них встречались и крестьяне, и мещане, и казаки. Уникальность фамилии в том, что она — зеркало диалектного разнообразия: в разных губерниях её носители могли иметь совершенно разных по роду занятий предков, объединённых лишь созвучием прозвища.