Фамилия Куркурин — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с именем или профессией, а с цветом. Первое, что бросается в глаза: корень «куркур» явно звукоподражательный. В русских говорах «куркур» или «куркурка» — это индюк, а точнее, звук, который он издаёт. Прозвище Куркура могли дать человеку с громким, «индюшачьим» голосом, либо тому, кто, подобно индюку, любил важничать и надуваться. Модель образования проста и прозрачна: основа Куркур + патронимический суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — «сын Куркуры»). Это типичная модель для русских фамилий, возникших из прозвищ, закрепившихся в XVI–XVII веках.

Версия с индюком — основная и наиболее правдоподобная. Иногда в ономастических заметках встречается предположение о связи с тюркским словом «куркур» (например, в значении «испуганный» или как вариант имени Куркут), но для русской фамилии это звучит натянуто: прозвище от домашней птицы — куда более естественный и частый сценарий. Сравните с фамилиями Индюков, Петухов, Гусев — все они образованы по той же логике. Куркурин стоит в одном ряду с ними, только исходная птица встречается в прозвищах реже, что и делает фамилию заметной.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и центральным областям — там, где разводили индюков и где диалектное слово «куркур» было в ходу. Встречается она нечасто, поэтому носители Куркурины, скорее всего, происходят из одного или нескольких локальных гнёзд, а не разбросаны по всей стране. Суффикс -ин, а не -ов, тоже косвенно указывает на более восточные или южные регионы, где эта модель была активнее.

С точки зрения словообразования интересно, что фамилия сохранила чистую основу без уменьшительных суффиксов. Прозвище Куркура не смягчили до «Куркурка» или «Куркурочка» — оно осталось грубоватым, прямым, как и сам звук индюка. Это говорит о том, что прозвище дали взрослому человеку, а не ребёнку, и оно закрепилось без изменений.