Фамилия Ламницкий — редкий пример, где географическая основа спорит с прозвищной, и обе версии имеют право на жизнь. Начнём с суффикса: -ский (женский вариант -ская) указывает на дворянское или шляхетское происхождение, а также на связь с местностью. В польской и западнорусской традиции такие фамилии часто давались по названию имения или населённого пункта. Поэтому первое, что приходит в голову: предок Ламницкого владел землёй или жил в местечке Ламница, Ламничи или подобном. Такие топонимы встречаются в Польше, на Украине и в Беларуси — например, село Ламница в Подкарпатском воеводстве или урочища с похожим корнем.

Однако корень «ламн-» неочевиден. Если отбросить суффикс, остаётся основа, которая может восходить к древнерусскому или польскому слову «ламня» — так в некоторых говорах называли овцу или ягнёнка. Тогда Ламницкий — это прозвище пастуха, овцевода или человека с кротким нравом, перешедшее в фамилию. В пользу этой версии говорит параллель с фамилией Ламнев, Ламнин, где корень тот же, но суффикс другой. Спор между «географической» и «прозвищной» гипотезами не решается однозначно: если бы фамилия была исключительно топонимической, мы бы чаще встречали её в документах XVI–XVII веков как указание на владение землёй. Но Ламницкие — фамилия нераспространённая, что скорее говорит о локальном прозвище, которое закрепилось за одной семьёй.

Интересно, что в польском языке есть слово «łamnica» — «ломильщик» или «ломатель», но оно слишком грубо для фамилии и почти не фиксируется в ономастике. Более вероятно, что основа «ламн-» — вариант «лам-» с наращением «-н-», как в фамилиях Ламский, Ламин. В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» подобные образования не рассматриваются отдельно, но общая модель ясна: суффикс -ский указывает на принадлежность, а корень — на конкретный признак. Если предок был родом из местности с названием Ламно (озеро или болото), то фамилия звучала бы как Ламнин или Ламнов, а не Ламницкий. Так что версия с животным или занятием выглядит чуть правдоподобнее.

Социально Ламницкие, скорее всего, относились к мелкопоместной шляхте или зажиточным крестьянам, получившим фамилию по прозвищу. В Российской империи фамилия встречается в документах XIX века преимущественно на западных окраинах — в Волынской, Подольской, Минской губерниях. Носители могли быть униатами или православными, реже — католиками. Известных людей с такой фамилией в истории нет, что только подчёркивает её локальный и редкий характер.