Фамилия Ласкаткина — женская форма, образованная от мужской Ласкаткин. В её основе лежит либо прозвище, либо слово, связанное с глаголом «ласкать». На первый взгляд напрашивается связь с «лаской» — нежностью, но в русских говорах у этого корня были и другие, более прозаичные значения.

Разберём словообразовательную модель. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Ласкатка — так могли называть человека, а Ласкаткин — «сын Ласкатки» или «муж Ласкатки». Само имя или прозвище Ласкатка — это уменьшительная форма от прозвища Ласка. В старину «лаской» называли не только животное (ласку), но и человека льстивого, угодливого, того, кто «ласкается» — то есть добивается расположения лестью. В некоторых северных и сибирских говорах «ласка» означала ещё и «обман», «хитрость», а «ласкатель» — льстец или плут. Так что прозвище Ласка могло быть не комплиментом, а скорее ироничной характеристикой.

Есть и вторая, менее очевидная версия. В диалектах «ласкатка» — это народное название растения (например, лапчатки или гусиной лапки), а также небольшой деревянной лопаточки или скребка, которым «ласкают» — гладят, ровняют что-то. В этом случае фамилия могла закрепиться за ремесленником: бондарем, плотником или тем, кто работал с лубом и корой. Однако прозвищное происхождение от черты характера встречается чаще.

Географически фамилия редкая. По данным переписей и телефонных справочников, Ласкаткины встречаются в основном в Поволжье — в Самарской, Ульяновской областях, а также в Чувашии. Это указывает на возможную связь с переселенческими потоками XIX века, когда крестьяне из центральных губерний осваивали заволжские земли. В дореволюционных метрических книгах фамилия фиксируется в Казанской и Симбирской губерниях.

Сравните с однокоренными фамилиями: Ласкин, Ласкарев, Ласкавый. Ласкаткин стоит особняком благодаря суффиксу -к-, который в русских фамилиях встречается реже, чем -ов или -ин. Этот суффикс часто образовывал прозвища от глагольных форм: Ласкатка — тот, кто ласкает (в любом смысле). В итоге фамилия Ласкаткина несёт в себе либо оттенок лукавства и льстивости предка, либо, что менее вероятно, память о его ремесле, связанном с обработкой дерева.