Фамилия Лазурцева — женская форма, а её мужской вариант — Лазурцев. В центре внимания здесь не цвет «лазурный», с которым фамилию хочется связать по созвучию, а совсем другой корень. Словообразовательная модель указывает на суффикс -ев-, типичный для русских фамилий, образованных от прозвищ или мирских имён на мягкий согласный или -й. В данном случае основа — «Лазурь» или «Лазур», но не в значении оттенка синего.

По наиболее правдоподобной версии, фамилия восходит к диалектному слову «лазурь» в старом значении — «краска синего цвета» или «синева». Однако прозвище Лазурь могли дать не художнику и не красильщику. В русских говорах, особенно в южных и центральных областях, «лазурить» означало «сплетничать, пустословить, болтать вздор». Соответственно, Лазурём в народе называли болтуна, пустомелю или льстеца. Таким образом, фамилия Лазурцев — это отчество от прозвища Лазурь, которое характеризовало поведение человека, а не его профессию или внешность.

Вторая версия, менее распространённая, связывает фамилию с каноническим именем Лазарь. В диалектном произношении «Лазурь» могло быть искажением имени Лазарь (через форму «Лазур»). Но эта гипотеза слабее: переход «з» в «зь» и утрата конечного «ь» для русского языка нехарактерны, а имя Лазарь дало фамилии Лазарев, Лазарцев, но не Лазурцев. Поэтому версия с прозвищем от глагола «лазурить» выглядит убедительнее.

География фамилии Лазурцевых неширокая, но устойчивая. Встречается она преимущественно в Центральной России и Поволжье, с отдельными гнёздами в бывших вотчинах и сёлах, где оседали крестьяне из разных губерний. Сословно — это почти всегда крестьянская среда: фамилия образована от прозвища, а не от географического названия или церковного имени, что типично для простонародья.

Редкость фамилии Лазурцева в том, что она сохранила древнюю диалектную основу, утратившую связь с современным литературным языком. Носитель этой фамилии сегодня может ошибочно ассоциировать её с «лазурным берегом» или голубизной, тогда как на деле предок, скорее всего, получил прозвище за склонность к долгим разговорам и сплетням — качество, которое в старину ценилось невысоко, но дало жизнь целому роду.