Фамилия Лилуашвили — один из тех случаев, когда за звучным грузинским окончанием скрывается несколько версий происхождения, и выбрать единственную не так просто. Словообразовательная модель здесь прозрачна: грузинский суффикс -швили означает «сын» или «потомок» (ср. Джугашвили, Гугунашвили), а основа Лилуа — личное имя или прозвище. Таким образом, фамилия буквально значит «потомок Лилуа» или «принадлежащий к роду Лилуа».

Первая версия уводит в арабский мир: имя Лилу (женское) переводится как «ночь, ночная». В Грузии, расположенной на перекрестке культур, арабские заимствования встречались, особенно в регионах, граничивших с мусульманскими государствами. Если принять эту гипотезу, то предок носителя фамилии мог получить имя Лилу как ласковое или поэтическое прозвище — «ночная красавица» или «темная, как ночь». Однако стоит оговориться: женское имя в основе фамилии — случай нечастый, но возможный, если речь идет о матрилинейном наследии или о прозвище, данном мужчине за мягкость нрава или смуглую внешность.

Вторая версия опирается на грузинское слово «lila» — «лиловый цвет». Здесь прозвище Лилуа могло возникнуть как характеристика человека: либо садовода, который специализировался на выращивании сиреневых, фиолетовых цветов (например, фиалок или сирени), либо того, кто постоянно носил одежду лиловых, сиреневых тонов. В традиционной грузинской культуре яркие цвета в одежде имели социальный подтекст — лиловый, например, ассоциировался с достатком и праздничностью. Такое прозвище могло закрепиться за ремесленником-красильщиком или торговцем тканями.

Географически фамилия Лилуашвили тяготеет к восточной Грузии — Кахетии и Картли, где суффикс -швили наиболее распространен. В западной Грузии чаще встречаются фамилии на -дзе или -а, поэтому можно предположить, что корни рода — именно из восточных областей. Точных данных о сословной принадлежности нет: носители фамилии могли быть как крестьянами, так и мелкими дворянами (азнаурами), но без документальных подтверждений это лишь догадка.

Сравнение с однокоренными фамилиями (Лилуа, Лилуашвили, Лилуа-швили) показывает, что написание стабильно, без диалектных вариаций, что говорит о поздней фиксации фамилии в письменных источниках — скорее всего, не раньше XVIII–XIX веков, когда грузинские фамилии начали массово записывать в метрических книгах. Спор между «арабской» и «грузинской» версиями решается в пользу второй: прозвище от цвета звучит более естественно для грузинской среды, чем заимствованное женское арабское имя. Однако полностью исключать арабское влияние нельзя — в Грузии есть и более явные примеры восточных имен в фамилиях (например, Хасаншвили или Махмудашвили).