Фамилия Ломило — редкий пример отглагольного прозвища, которое застыло в форме первого лица единственного числа настоящего времени. В русских фамилиях такая модель встречается нечасто, но она выразительна и сразу выдаёт характер или занятие человека, который её получил. Ломило — это «я ломлю», то есть человек, который ломит, пробивает, действует напролом. В говорах слово «ломить» имело много оттенков: от «гнуть, ломать с усилием» до «напирать, теснить, идти силой». Прозвище могли дать упрямому, напористому человеку или тому, кто работал с ломом — например, каменотёсу, кузнецу или ломовику (грузчику, который таскал тяжёлые вещи).

Словообразовательная схема здесь та же, что у фамилий Губило, Правило, Крутило. Суффикс -о в таких прозвищах не указывал на предмет, а превращал глагольную форму в имя человека. В древнерусских документах встречаются похожие прозвища: Ломило могло быть мирским именем, которое давали в семье, чтобы уберечь от сглаза или указать на силу. Позже, когда крестьяне получали фамилии, это прозвище перешло в наследственное имя без дополнительных суффиксов — отсюда и короткая, рубленая форма Ломило.

Географически фамилия тяготеет к западнорусским и белорусским землям. В переписях XIX века Ломило фиксируется в Могилёвской, Витебской и Смоленской губерниях. В украинских говорах «ломило» могло означать ещё и «лом», инструмент, но в качестве фамилии это скорее прозвище, чем название орудия. В польском языке есть однокоренное «łomić» — ломать, что подтверждает общеславянскую основу.

В сословном плане носители фамилии — почти поголовно крестьяне и мещане. Дворянских родов Ломило не зафиксировано, что логично: прозвище слишком простое и бытовое. Если и встречались грамотные люди с такой фамилией, то единицы — например, в духовных училищах или среди сельских писарей.

Интересная деталь: фамилия Ломило не склоняется по падежам в мужском роде (Иван Ломило, к Петру Ломило), но в женском варианте может звучать как Ломило или Ломила — в зависимости от местной традиции. В современной России фамилия редкая, в основном сохранилась в смоленском и брянском пограничье, а также среди потомков переселенцев в Сибири.