Фамилия Матюлин происходит от старинного русского имени Матюля — так в быту, в кругу семьи и соседей, называли человека, носившего церковное имя Матвей (Матфей). Имя это древнееврейского происхождения и переводится как «дарованный богом». Получается, что Матюлин — это буквально «сын Матюли», то есть потомок человека, которого звали уменьшительно-ласкательно Матюлей.

Такая модель образования фамилий — от просторечной, «домашней» формы имени с помощью суффикса -ин — одна из самых распространённых в русской ономастике. Суффикс -ин указывает на принадлежность: чей сын, чей человек. Аналогично появились, например, Петин, Ванин, Мишин. В случае с Матюлиным основа — не полное имя, а именно его разговорный вариант, что говорит о том, что фамилия закрепилась в среде, где людей называли не по документам, а по-свойски.

Интересно, что имя Матюля, хоть и звучит по-русски, имело хождение на белорусских и украинских землях не меньше, чем в великорусских губерниях. Поэтому неудивительно, что документальные свидетельства о носителях фамилии встречаются именно в западных регионах. Так, в метрических книгах белорусского происхождения упоминается Федор Стефанович Матюлин, родившийся в 1879 году в деревне Новоселки Чаусского района Могилевской области. А в документах Республики Коми сохранилась запись о Владимире Иосифовиче Матюлине, родившемся в 1923 году также в Белоруссии. Эти два примера, разделённые почти полувеком, показывают, что фамилия была там вполне укоренённой, а не случайной.

Кстати, у фамилии есть и «родственники» — Матюшин, Матюхин, Матвеев. Все они образованы от разных производных форм одного и того же имени Матвей, но каждая закрепилась за своим родом. Если Матвеевы — это потомки человека, которого звали полным именем, то Матюлины ведут род от того, кого в округе звали именно Матюлей. Такое различие в суффиксах и основах позволяет историкам семьи иногда восстанавливать, в какой среде — более книжной или более простонародной — жили предки.

Сама фамилия не дворянская и не редкая, но и не слишком частая. Она не попала в число фамилий, образованных от прозвищ или ремёсел, поэтому её разгадка лежит на поверхности: перед нами чисто «именная» фамилия, каких тысячи. Но именно в этой простоте и кроется её ценность — она сохранила для нас живую, разговорную форму имени, которую сейчас уже почти не услышишь.