Фамилия Межлов — редкий случай, когда географический термин стал основой родового имени. В её основе лежит не имя, не ремесло и не прозвище по внешности, а слово «межа» — граница земельных участков, полоса невспаханной земли между наделами. Такой корень сразу указывает на крестьянское происхождение, где земля, её границы и споры вокруг них были частью повседневной жизни.

Словообразовательная модель проста: основа «межл-» (от «межа» через суффикс -л-, как в слове «межевой») плюс типичный русский суффикс принадлежности -ов. Фамилии на -ов чаще всего получали по отцу: Межлов буквально означал «сын Межла», где Межло — прозвище человека. Кого так могли прозвать? Самый прямой вариант — крестьянина, чей надел находился на меже, то есть на краю общинной земли, или того, кто прославился тяжбами о границах полей. Второй, менее очевидный сценарий — прозвище дали землемеру, человеку, который размечал и отмерял участки. В русских говорах слово «межник» означало и межевой знак, и того, кто эти знаки ставит.

Фамилия Межлов — почти наверняка великорусская, сформировавшаяся в центральных или южнорусских губерниях, где было развито общинное землепользование и часты были переделы полей. В северных и сибирских регионах с большими наделами и редким населением такой корень встречается реже. Стоит отметить, что фамилия не получила широкого распространения и не вошла в списки столбового дворянства или купеческих династий — это верный признак того, что её носители оставались в крестьянском или мещанском сословии.

Ономастический словарь Б. Унбегауна не фиксирует фамилию Межлов как типовую, но модель «основа от географического термина + -ов» для русских фамилий обычна: ср. Межевов, Меженин, Межов. Отличие Межлова в том, что суффикс -л- здесь «съедает» конечный гласный основы («межа» → «межл-»), что встречается реже и может указывать на диалектное произношение — например, «межло» как орудие для проведения борозды. Если это так, то прозвище могло относиться к пахарю или земледельцу, работавшему на границе полей.