Фамилия Моигина — редкая и неочевидная для разбора на первый взгляд. Её основа, скорее всего, не связана с распространёнными славянскими корнями, а указывает на финно-угорское или балтийское влияние, что делает её интересным объектом для этимолога.

Основа фамилии — Моиг(а). Это могло быть прозвище или языческое имя, которое в русской традиции получило типичный патронимический суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Моигин сын, дочь Моигина). Суффикс -ин в русских фамилиях обычно присоединяется к основам на -а/-я, и здесь он работает стандартно.

Самая правдоподобная версия связывает корень «моиг-» с прибалтийско-финскими языками. В карельском и вепсском языках есть слово «moiga» — «кривой, изогнутый, косой». Прозвище Моига могли дать человеку с характерной осанкой, хромотой или даже сварливым нравом, который ассоциировался с «кривой» линией поведения. Альтернативная, но менее вероятная гипотеза — происхождение от эстонского «moigu» (род, племя) или от диалектного русского глагола «моигать» (шататься, бродить без дела), который мог бытовать в северных говорах.

Географически фамилия привязана к северо-западу России: Карелия, Ленинградская, Вологодская области, а также к территории бывшей Олонецкой губернии. Именно там исторически смешивались славянское и финно-угорское население, и прозвища на финской основе легко входили в русский обиход. Моигины — потомки крестьян или ремесленников, которых в документах XVII–XIX веков записывали по отцу: «Ивашко Моигин сын» означало, что его отца звали (или прозвали) Моига.

В отличие от фамилий на -ов, которые часто образовывались от полных христианских имён (Иван — Иванов), Моигина указывает на прозвище, которое закрепилось за родом. Это не крестильное имя, а уличное, бытовое. Фамилия не получила широкого распространения и осталась локальной, что типично для антропонимии Русского Севера, где каждая деревня могла иметь свои уникальные прозвищные фамилии.

Таким образом, фамилия Моигина — это след этнического и языкового пограничья, где финское слово стало русским прозвищем, а затем и фамилией. Носительницы этой фамилии могут с высокой вероятностью проследить свои корни до северных регионов, где предков могли называть «кривыми» не в обиду, а по меткому народному наблюдению.