Фамилия Монгайт звучит для русского уха непривычно, и это не случайно: её корни лежат далеко за пределами славянских земель. В основе, скорее всего, лежит прозвище, которое дали предку по роду занятий или образу жизни. Наиболее вероятное объяснение связывает фамилию с английским словом monger — «торговец, продавец». Так могли прозвать человека, который вёл торговые дела, возможно, в одном из портовых городов, где пересекались языки и культуры. Менее распространённая, но тоже имеющая право на жизнь версия возводит основу к португальскому monge или испанскому monje — «монах». Если следовать этой гипотезе, родоначальник Монгайтов мог быть религиозным деятелем или человеком, внешне или по поведению напоминавшим монаха.

Сама форма фамилии — с конечным -т — указывает на то, что она прошла через несколько языковых ступеней, прежде чем закрепилась в русском написании. Окончание не типично ни для английских, ни для романских языков, поэтому можно предположить, что первоначальное прозвище попало в русскую среду через посредничество идиша или немецкого языка, где подобные окончания встречаются чаще. В таком виде фамилия закрепилась и передавалась из поколения в поколение, сохранив память о далёком предке, который либо торговал, либо служил в церкви.

Сословной принадлежности первых Монгайтов мы точно не знаем, но обе версии происхождения рисуют портрет человека не из крестьянской глуши. Торговец или монах — обе эти роли требовали грамотности, мобильности и связей с внешним миром. Это объясняет, почему фамилия встречается редко и не имеет массового распространения: её носители, вероятно, всегда были немного в стороне от основного крестьянского массива населения. Сегодня фамилия Монгайт остаётся ярким напоминанием о том, как причудливо переплетаются языки и судьбы в истории одной семьи.