Фамилия Надубов в своей основе почти наверняка имеет личное прозвище Надуб. Но вот что именно означало это прозвище — вопрос, на который у исследователей нет однозначного ответа, и здесь открывается простор для двух совершенно разных историй рода.

Первая версия связывает прозвище с ремеслом. Глагол «надублять» в старых говорах означал «дубить», то есть размягчать кожу в кожевенном производстве. Тогда прозвище Надуб — это профессиональное именование, которое указывало на род занятий предка: основатель рода мог быть кожевенником, мастером по выделке шкур. Такие прозвища-ремесла были широко распространены на Руси, потому что человека часто знали не по имени, а по тому делу, которым он кормил семью.

Вторая версия уводит в другую сторону — к дохристианским именам. В южных говорах словом «надуб» называли определённое дерево. Наречение ребёнка именем, образованным от названия растения или животного, — давняя славянская традиция, уходящая корнями в языческие времена. Давая сыну имя Надуб, родители словно отдавали его под покровительство природы: считалось, что так ребёнок становится «своим» для окружающего мира и к нему переходят качества, приписываемые этому дереву — сила, стойкость, крепость.

Какая из версий правдоподобнее? Обе имеют право на существование, но кожевенная выглядит чуть убедительнее: профессиональные прозвища в основе фамилий встречаются чаще, чем книжные или диалектные названия растений. Впрочем, нельзя исключать и того, что прозвище Надуб возникло в одной местности, а фамилия закрепилась в другой, где исходное слово уже подзабыли.

Сам способ образования фамилии — через суффикс -ов — классический для русской ономастики. Такой суффикс указывал на принадлежность: Надубов — это «сын Надуба», «из рода Надуба». Подобные модели массово складывались в XV–XVII веках, когда за крестьянскими и посадскими семьями постепенно закреплялись наследственные именования.

Стоит заметить, что фамилия редкая и не попала в широкие общерусские своды. Её географическое ядро, судя по всему, лежит в южнорусских областях, где слово «надуб» имело хождение. Со временем прозвище, данное одному человеку — кожевнику ли, или ребёнку, названному в честь дерева, — стало фамильным знаком для всех его потомков.