Фамилия Негунёв звучит необычно, и её разбор сразу наталкивает на вопрос: что за корень и как он попал в фамилию. Основа здесь — «негун-», а суффикс «-ёв» указывает на типичную русскую патронимическую модель, то есть «чей?» — потомок Негуна. Но само прозвище Негун — большая редкость.

Скорее всего, корень восходит к глаголу «неговать» в одном из диалектных значений. В северных и сибирских говорах «неговать» означало «баловать, холить, лелеять», отсюда «негу́н» — изнеженный, избалованный человек, любитель неги и покоя. Прозвище могли дать либо тому, кто рос в достатке и привык к удобствам, либо, наоборот, как ироничное прозвище — ленивцу, который «нежит себя». Вторая версия, менее вероятная, связывает фамилию с диалектным словом «негу́н» в значении «тихоня, смирный», но она слабо подтверждена словарями.

Обратите внимание на суффикс «-ёв» вместо более распространённого «-ов». В русских фамилиях «-ёв» пишется после мягких согласных и шипящих (как в Щербачёв, Писарев), но здесь — после твёрдого «н». Это указывает на то, что в основе было слово с ударением на последний слог: Негу́н — Негунёв. Такое ударение типично для прозвищ, образованных от глаголов (ср. Плясун — Плясунов, Болтун — Болтунов). Фамилия могла закрепиться в южнорусских или белорусских землях, где «ё» на месте этимологического «о» под ударением встречается чаще, чем в центральных говорах.

Встречаемость фамилии крайне низкая — она не входит в списки распространённых русских фамилий. Большинство носителей сосредоточено в центральных областях России, но без чёткой региональной привязки. В дореволюционных источниках фамилия не фиксируется среди дворянства или купечества, что указывает на её крестьянское или мещанское происхождение. Вероятно, предок получил прозвище в быту, и оно закрепилось как фамильное в одной из ветвей рода.

Таким образом, Негунёв — редкая русская фамилия, образованная от прозвища Негун (изнеженный, холёный человек). Она не имеет ни географической «золотой жилы», ни известных исторических носителей, но её корень — живое диалектное слово, которое сегодня почти исчезло из речи.