Фамилия Неокладнова — женская форма фамилии Неокладнов, и её происхождение напрямую связано с прозвищем или мирским именем Неоклад. Если разобрать слово «неоклад» по составу, корень «клад» и приставка «не-» сразу указывают на противопоставление: «неокладный» — значит, не подлежащий окладу, не обложенный податью или повинностью.

В Древней Руси «оклад» имел несколько значений. Прежде всего, это налог, подать, которую крестьяне или посадские люди платили государству. «Неокладный» — тот, кто был освобождён от этого налога, либо, напротив, кто не имел постоянного дохода или имущества, облагаемого сбором. Второе значение «оклада» — жалованье, постоянный доход (отсюда «быть на окладе» — получать фиксированное жалованье). Тогда «неокладный» — человек без постоянного заработка, живущий случайными промыслами, или, наоборот, вольный, не привязанный к службе. Третье, более редкое значение — «оклад» как обкладка, оправа (например, оклад иконы), но в прозвище оно почти не встречается.

Таким образом, прозвище Неоклад могло получить крестьянин, не числящийся в тягле (освобождённый от налогов по какой-то причине), либо бродячий ремесленник или торговец, не имевший постоянного места жительства и оклада. Вторая версия, более правдоподобная для XVI–XVII веков, — ироничное прозвище небогатого или нерадивого человека, который «не кладёт» ничего в запас, живёт одним днём. В говорах слово «неокладный» иногда означало «неуживчивый», «непокладистый» — ещё один возможный источник.

Суффикс -ов в основе Неокладнов указывает на патронимическую модель: Неокладнов — сын Неоклада. Фамилия фиксируется в южнорусских и поволжских регионах, особенно в Воронежской, Тамбовской и Саратовской губерниях, где были распространены прозвища от налоговых терминов. Встречается и вариант Неокладный — тоже от того же корня, но с другим суффиксальным оформлением.

Известных исторических деятелей с этой фамилией немного, что говорит о её преимущественно крестьянском происхождении. Сословно предки Неокладновых, скорее всего, были государственными или помещичьими крестьянами, а само прозвище закрепилось как уличное, а затем перешло в официальную фамилию после отмены крепостного права.