Фамилия Нисенбойм — редкий пример фамилии, собранной из двух немецких корней, и в этом её главная загадка. Если разложить её на составляющие, получаем nisten — «гнездиться, жить, проживать» — и bäumen, у которого сразу несколько значений: «закреплять жердью, увязывать», «становиться на дыбы», а в переносном смысле — «упрямиться, противиться». Такая двойственность и породила две основные версии происхождения прозвища родоначальника.

Согласно первой, более спокойной версии, прозвище Нисенбойм дали человеку, который жил в крепком, надежном доме. Смысл тут простой: «вить гнездо» — значит обустраивать прочный быт, иметь основательный двор. Вторая версия рисует образ своенравного, строптивого человека, который, как говорится, «становился на дыбы» при любом давлении. Обе трактовки имеют право на жизнь, и без письменных источников XVI–XVII веков выбрать одну сложно.

Важно понимать, что это не русская по форме фамилия, а искусственное или полукалькированное образование, типичное для еврейских фамилий, которые массово присваивались в Германии и Австро-Венгрии на рубеже XVIII–XIX веков. В тот период немецкий язык был языком администрации и делопроизводства, поэтому многие фамилии составлялись из понятных немецких слов, часто по воле чиновника, который описывал характер или занятие человека. В отличие от русских фамилий на -ов/-ев, где суффикс указывает на принадлежность («чей-то сын»), здесь мы видим чистую основу-композит, что сразу выдает западное, а не восточнославянское происхождение.

Сам тип фамилии — два корня, слитых в одно слово — характерен для немецкой ономастики, но в данном случае он выглядит как намеренно сконструированный. Возможно, изначально фамилия писалась раздельно (Nissen Baum) или через дефис, а слитное написание закрепилось уже в документах на идише или при переезде в Российскую империю. В дореволюционных метрических книгах можно встретить варианты Нисенбаум или Нисенбойм — путаница между «баум» (дерево) и «бойм» (диалектное произношение того же слова) возникала постоянно, поскольку в идише, родном языке большинства носителей, это слово звучало именно как «бойм».

Если отбросить народную этимологию, которая пытается увидеть здесь фамилию Ниссен (от имени Нисель, уменьшительной формы от Натан), то связь с личным именем тоже прослеживается. Первая часть «Нисен-» вполне могла быть патронимической основой: так звали отца или деда. Тогда вся фамилия означала бы «дерево (или дом) Ниселя» — метафорическое обозначение семейного древа. В этом случае смысл уходит от бытового прозвища к символическому: родословная, корни, память предков.

Сегодня фамилия встречается крайне редко и почти всегда указывает на потомков ашкеназских евреев из Центральной Европы. Среди известных носителей нет громких исторических фигур, но это как раз тот случай, когда фамилия говорит сама за себя: она сохранила в себе целый пласт языка и быта немецкоязычных еврейских общин, которые после эмиграции в Россию, а затем в Израиль и Америку, унесли это имя с собой. Так что, независимо от того, был ли предок упрямцем или домовитым хозяином, сама фамилия — живой документ эпохи, когда фамилии не наследовались веками, а создавались на глазах одного поколения.