Фамилия Нопина — это женская форма фамилии Нопин, которая образовалась от прозвища Нопа. Разбирая её, мы сталкиваемся с редким случаем, когда у фамилии не одно, а целых три возможных объяснения, и каждое уводит нас в свою профессиональную среду.

Самая вероятная версия опирается на «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля. В нём глагол «нопать» означает «выдергивать щипчиками из сукна узелочки, колышки». Это узкое, чисто ремесленное действие, которое выполняли на суконных фабриках. Прозвище Нопа, скорее всего, относилось к так называемым «профессиональным» именованиям: оно прямо указывало на занятие человека. Логично предположить, что основатель рода Нопиных работал на фабрике и занимался чисткой и обработкой сукна.

Вторая гипотеза уводит нас в балтийские языки. Прозвище Нопа может восходить к латышскому глаголу nopit (nopinu, nopin), который переводится как «сплести». В этом случае Нопой называли ремесленника-плетельщика, который делал корзины или другие предметы утвари. Версия правдоподобна, но стоит помнить, что для русских говоров такая основа нетипична, поэтому она уступает первой по вероятности.

Менее убедительной выглядит связь с древним верхненемецким словом nop(pe) — «пучок шерсти». Сторонники этой версии предполагают, что родоначальник Нопиных мог заниматься производством шерсти и был выходцем из Германии. Немцы издавна проживали в России: Немецкая слобода существовала вблизи старой Москвы ещё задолго до Петра I, а немцы-аптекари встречались даже во времена Ивана Грозного. Так что миграция предка вполне возможна, но сама словообразовательная цепочка здесь самая шаткая. Если бы фамилия произошла от немецкого слова, она скорее сохранила бы следы иного произношения или написания.

Как бы то ни было, все три версии сходятся в одном: в основе фамилии лежит прозвище, данное по роду занятий. А вот суффикс, который мы видим в конце, — чисто русский. Потомок человека по прозвищу Нопа со временем стал Нопиным, а его дочь или жена — Нопиной. Так что фамилия Нопина — это яркий пример того, как иностранное или диалектное слово прижилось на русской почве и обрастало стандартными для нашей ономастики окончаниями.